На фотке Лера…
Маленькая, хрупкая, сидит, скрючившись на полу. Над губами — кровавые подтёки. Скулы разбиты, руки в каких-то странных ярко-красных порезах…
Планета замедляет ход.
Внутри взрывается вулкан.
Горечь прорывается до горла, пока я оторопело разглядываю снимок.
— Что там у тебя? — Ник заглядывает через плечо. — Ни хуя себе! Это кто с ней так?
— Смертник! — рычу, чувствуя, как дрожат от ярости ладони. — Я, сука, убью его! ПАДЛА!
Узнаю обстановку.
Лера на полу в кабинете своего отца.
БЛЯДЬ! Я убью его! Придушу голыми руками!
В уши бьёт шум! Не могу разобрать слова Никиты.
Меня переполняет дикой яростью и тревогой за Леру… Мою маленькую девочку, глупышку, что случайно ввязалась во взрослую игру!
Телефон снова начинает вибрировать, и мне приходится вынырнуть из лавы жажды мести. Сконцентрироваться.
Смотрю на экран и вижу имя абонента:
«Тарасов»
Пиздец. Тебе не жить, тварь!
Глава 45
Ярослав
— Слушай сюда, гнида, — рычу в трубку, яростно сжимая её в руках. — Если хоть один волосок упадёт с головы Леры, я лично твою тушу на кол насажу! Понял меня, урод?! Тебе не жить!
— И тебе привет, Ярослав, — отвечает Тарасов с насмешкой.
— Значит, это ты сбил мою дочь с правильного пути?
Отпираться, понятное дело, бесполезно!
Обвожу разгромленное помещение диким взглядом.
— Верни мне Леру, — цежу сквозь зубы.
— Да забирай! — снова усмехается козлина.
— Я сейчас приеду! — выпаливаю."
"— Приезжай. Мои парни будут тебя ждать, — многозначительно отвечает он.
— Вот только знаешь в чём штука? Боюсь, когда ты приедешь, Леры тут уже не будет.
СУКА! От бессилия мне хочется выть! Твою мать!
— Что ты с ней сделал?!
— Я? За кого ты меня принимаешь? Я, ведь, её отец как никак! Хочу для дочери лучшего и всё такое… счастья хочу, понимаешь?
— Хватит заливать, Тарасов! Избил ты её тоже для счастья?
— Фу! Зачем же так грубо? К чему такие громкие заявления, Ярослав? Я просто преподал дочери урок. Чтобы впредь не раздвигала ноги перед всякими отбросами.
У меня на неё были планы! А из-за тебя они пошли прахом!
— Я УБЬЮ ТЕБЯ! СЛЫШИШЬ?! УБЬЮ! — брызжу слюной, и люди Зверя оборачиваются на мои крики.
Дыхание перехватывает. Меня бьёт озноб. Сейчас эта тварь владеет ситуацией, и мы оба это знаем.
— Не уважаешь ты меня, Ярослав. Это прискорбно. Будущий отец моего внука не уважает деда! Какая трагедия!
— Чего?!
Приваливаюсь спиной к стене. Горло сдавливает, и голос становится сиплым. Что он несёт.
