А если попробовать бежать? Что если просто сбежать из страны?
Если допустить, что Яр не врал по поводу интересов моего несостоявшегося свёкра, то как только я куплю билеты на своё имя и приеду в аэропорт, меня тут же встретят его люди.
Прикрываю глаза, чувствуя полную беспомощность.
Оставаться с Яром, пожалуй, самый опасный вариант из всех, вот только почему моё глупое сердце тайно желает именно этого?
— Некуда тебе идти, Снежинка. Опасно без меня.
— А с тобой, значит, безопасно? — распахиваю глаза, сверкая взглядом.
Яр сейчас так близко. Высокий, мощный. Настоящая скала. Даже потеряв пол литра крови, он на ногах и хочет меня защитить… Ведь хочет же? Или… все же, хочет моих денег?
Наверное, правду я узнать никак не могу.
Если бы он желал обмануть меня, снова усыпить бдительность, то действовал точно также, как сейчас!
Боже… как же сложно!
А ещё и эта задержка…
— Ладно, поехали, — его губы чертят лёгкий поцелуй по моему лбу. Тёплый, как лучик солнца, он ласкает кожу, заставляя меня, против воли отзываться.
— Куда?
— Нужно зайти в супермаркет. У тебя голова, наверное, от голода болит.
Садимся в машину. Украдкой посматриваю на Ярослава.
От него исходят волны спокойствия и уверенности. Да… самообладания ему не занимать. Стараюсь не думать о том, что будет, если нас остановят сотрудники ДПС и попросят открыть багажник.
От воспоминания о Владимире у меня кровь стынет в венах.
Господи-боже! Нет! Нет… я не буду думать о нём, иначе точно свихнусь.
Мы с Яром останавливаемся возле супермаркета. Он долго, и как мне кажется, с удовольствием выбирает продукты. Наверное, если посмотреть на нас со стороны, покажется, что мы — обычная пара, что затаривается на неделю. Никто даже не подозревает, в каких мы с Яром отношениях.
Он же удерживает меня силой, да?
Я не могу сбежать…
Украдкой смотрю на полноватого охранника магазина, что с интересом разглядывает собственные ногти. Наверное, я бы могла побежать к нему… могла бы попросить о помощи…
До боли закусываю губы, не понимая, почему до сих пор ничего подобного не сделала.
Пальцы до боли сжимают тест на беременность. На целлофановой упаковке остаются влажные следы от вспотевших ладоней.
— Ты будешь хлебцы? — внезапно спрашивает Яр, и я вздрагиваю от неожиданности.
— А? Да… хлебцы. Да, буду.
Отвечаю, а он толкает тележку дальше. Мне приходится идти за ним, уходя всё дальше от охранника.
