Будто чувствуя мое осознание, Андрей приподнялся и заглянул мне в глаза. Улыбнулся, склонился ко мне и оставил на губах нежный поцелуй.
Я нежно провела ладонью по его колючей щеке.
— Мне надо домой, — шепнула тихонько."
"— Я тебя отвезу, — усыпая дорожкой из поцелуев мою шею и плечи, чуть хрипло выдохнул он. Его рука легла мне на низ живота, уверенно, властно, и что-то снова вспыхнуло жаждой между ног. Перехватив мой едва заметный порыв, Андрей перевернул меня на живот и огладил мои ягодицы. Охватившее меня возбуждение полыхнуло с новой силой.
Он крепко прижал меня к себе спиной, распаковал последний презерватив из пачки и уже был готов войти в меня снова, такой твердый и жаждущий разрядки. Шероховатая ладонь мягко оглаживала внутреннюю сторону бедер.
— Ты только моя, — выдохнул он мне в шею, и внезапно резко заполнил меня собой.
Страсть между нами вырвалась наружу и теперь растекалась по телу сладковатой мучительной пыткой и дарила наслаждение. Мы взрывались в унисон друг другу, с хриплыми стонами и вскриками.
Все вокруг померкло, был только Андрей. Он заполнял меня собой снова и снова, его ласки доводили меня до исступления, и я растворялась в его крепких объятиях.
Мы очнулись, когда время уже давно перевалило за полночь.
— Ох… завтра же на работу к восьми… — начала приходить в себя я, и такая паника накатила! Я резко села на диване и растерянно огляделась в поисках своей одежды.
— Насть… — Андрей тоже сел. Посмотрел на меня долгим пронзительным взглядом.
— А переезжай ко мне?
Я испуганно затрясла головой.
— Нет, нет, ты что, Андрюш, я так не могу! Что люди скажут?! Я ведь учительница. Я пример подавать должна. А что это за пример, если я у мужчины жить буду?
Шувалов усмехнулся. Резко привлек меня к себе и накрыл мои губы поцелуем.
— Понял, все должно быть по закону. Собирайся, отвезу тебя домой. Может, повезет, и успеешь поспать хоть пару часов. — Он подхватил свои джинсы и начал одеваться.
Я улыбнулась, последовала его примеру.
Может, действительно, удастся немного поспать до начала рабочего дня.
Глава 19. Прокурор
«Проспал!» — первое, что Шувалов осознал, когда открыл глаза. Схватил завалившийся под подушку мобильник, взглянул на экран — так и есть, почти восемь. А ему на службе в восемь сорок пять сегодня надо быть, хоть убей! Сегодня день приема, и народ начнет осаждать его кабинет с половины девятого.
В телефоне мерцал номер Мокрушина.
— Алло, Матвей, привет.
