Его губы дрогнули в улыбке: есть контакт!
Он вбил в поисковик «Рецепт коктейля «Секс на пляже»» и начал старательно изучать ингредиенты.
В дверь постучали. Шумно выдохнув, Шувалов закрыл вкладку с рецептом коктейля, отогнал подальше мысли (вот зацепило-то!) и, прочистив горло, громко произнес:
— Войдите!
На пороге показался охранник.
— Андрей Георгиевич, подскажите, Анастасия Аркадьевна Поливанова является вашей родственницей?
— Кхм… да. Это моя мать. А что случилось?
— Она требует, чтобы ее к вам пропустили, а у нас не положено пропускать гражданских без предварительной записи.
— Твою ж… — выдохнул Шувалов. Он вспомнил, что заблокировал мать в телефоне еще накануне, когда она донимала его звонками, да так и не разблокировал: руки не дошли. Это же надо — на работу к нему решила прийти! Нет от нее никакого спасения!
Покинув кабинет, Шувалов отправился вместе с охранником на первый этаж.
Мать стояла у входа. Красивая и обиженная, в длинной шубе из соболя, в сапожках на каблучках, с распущенными светлыми волосами, она гордо возвышалась над сугробами и была похожа на Снежную Королеву.
Его мама была той еще актрисой, особенно в жизни. Любила потрепать нервы, выкинуть что-то эдакое, от чего на голове волосы начинали шевелиться. А уж что говорить о ее любовниках…
— Ну надо же! Охрану надо на уши ставить, чтобы ты вспомнил о матери? — подбоченившись, обиженно ухмыльнулась она."
"— Мама, ты зачем пришла? Кто тебя сюда пропустит?! — наступал на нее Шувалов, чувствуя, как закипает.
— И тебе привет, Андрюша! Ну как это называется, скажи на милость?! Я же твоя мать. Я паспорт охране на входе показала, но меня все равно не пустили. Сказали, ты слишком важная птица. Это для родной-то матери! — И она с укором взглянула на охранника. Тот втянул голову в плечи и нырнул обратно в здание, чтобы не попасть под раздачу.
— И зачем ты здесь? — скрестив руки на груди, полыхнул взглядом Шувалов.
— Андрей, нам надо поговорить. Очень серьезно поговорить.
— О чем?! Мы же вчера виделись!
Мать нахмурилась.
— Сегодня утром мне звонил твой отец.
Шувалов ощутил, как по спине прокатилась колючая волна. Ненависть, обида, отчаяние — этот терпкий коктейль мучил его еще со школы, когда отец отвернулся, выбрав своим любимчиком ублюдка Никиту. За что?! Почему?! Чем он, Андрей, хуже?! Эти вопросы пылали огнем в его разбитом сердце, и он не нашел ответа на них даже сейчас, тринадцать лет спустя.
