Как и всегда, в том, что касалось Связерского — у Риты не было единого мнения. Ничего однозначного. Всегда какое-то «но». Так и в тот раз. Несмотря на риск возможного преследования Марика репортерами, ее сердце замирало, стоило только подумать, что он впервые по-настоящему признал их сына. Действительно впервые.
А потом Связерский, как будто посчитав, что всего сказанного им мало, добил Риту вконец. Он сказал, что за все в своей жизни благодарен ей. Нет, имен опять же не прозвучало. Он просто говорил о любимой женщине, без которой ничего бы из него не вышло.
А напоследок призвал народ быть более ответственными к своим детям и не повторять его ошибок.
Ну, вот и как после этого придерживаться изначального плана?
Рита сорвала колосок и, сунув тот в уголок рта, уставилась на заходящее над рекой солнце.
Скоро он уедет. И все. Еще через время — начнется сезон. Бесконечные игры, круговерть перелетов и преследующих спортсменов фанаток. В лучшем случае они увидятся на Новый год. Недавно профсоюз хоккеистов выбил для игроков небольшие поблажки.
И у них образовался недельный отпуск в начале года. То есть их первая встреча произойдет где-то через четыре-пять месяцев. Если, конечно, Богдан Плейбой Связерский протянет так долго.
— Привет, малышка. А я тебя ищу…
— Оу, ты приехал?
— Ага…
Богдан перевернул бейсболку козырьком назад и устало растер глаза.
— Тяжелый день?
— Ужасно. Мне ведь еще визы делать. Даг крутится, как уж на сковородке, юристы работают день и ночь. Не представляю, что буду делать, если не успеем.
Как буду объяснять это Машке.
— Она понятливая не по годам…
— Да… А еще она очень боится, что я исчезну. Ей снятся кошмары.
— До сих пор? Я думала, это уже в прошлом.
— Не то чтобы… — пробормотал Связерский, и себе срывая колосок.
— Чем они занимаются сейчас?
— Загоняют козла, — белозубо улыбнулся Богдан. Сердце Риты подпрыгнуло и забилось в груди пойманной птицей. Телом прошла истома. Из него как будто вынули каждую косточку — вот, как на Марго действовали улыбки Связерского.
— Они вроде бы отлично поладили с дедом и Мариком.
— Спасибо, что поговорила с ним.
Рита скосила взгляд, чувствуя, что Богдан внимательно за ней наблюдает.
— Пожалуйста, — хмыкнула она, — это лучшее, что я могла сделать перед тем, как ты разболтал обо всем на весь свет.
— Осуждаешь? — насторожился Связерский.
Рита отвела взгляд:
— Нет… Скорее горжусь.
— Ритка… — прошептал он, скользнув рукой по ее пояснице и обнимая за плечи.
