У тебя своя жизнь и она рядом с отцом, у меня своя — с другими людьми. Прощай.
Я сбрасываю вызов и выключаю телефон. Знаю, что она захочет перезвонить, а мне и так хватает сейчас причин нервничать. Не хочу добавлять еще и эту.
В пятницу на общую планерку меня не приглашали, поэтому я тихо плодила аккаунты в соцсетях для фирмы “Shilov design”. Видимо, Миша для себя выбрал стратегию, что чем меньше он меня видел, тем меньше я создавала проблем и отвлекала его от работы. Но не напомнить о себе я не могу. Он же хотел просматривать то, что я собираюсь выкладывать, поэтому придется потерпеть меня.
— Михаил Егорович у себя? — киваю на дверь, обращаясь к Веронике, которая подпиливает ногти и даже не пытается скрыться. Надо бы ему открыть глаза на ее работоспособность.
— Нет, он уехал и сказал, что до конца дня уже не вернется, — довольно произносит девушка и ухмыляется.
Поджимаю губы и, подняв подбородок, возвращаюсь в свой кабинет. Куда интересно уехал с обеда? Может, что-то случилось?
Я зависаю в супермаркете над морозильником с мороженым и решаю, какое я хочу больше.
Обычный пломбир или шоколадный. Может яично-ванильный? Или лучше малиновое? Хочется чего-то необычного. Прямо в горле дерет, а чуть ниже шеи что-то пульсирует и требует удовлетворить желание. В итоге я беру килограмм шоколадного и стаканчик с ароматом дыни.
Так и хочется раскрыть упаковку и прям на кассе его откусить, но я примерно стою в очереди и жду, когда мне можно будет официально его съесть.
Только выйдя из магазина понимаю, что я теперь не на машине и все, что я выбрала из продуктов, придется нести самой.
Вся жизнь перестраивается из-за беременности и новых обстоятельств. А я все никак не могу уловить эту волну и начать спокойно жить и наслаждаться своим положением. Сейчас бы прогуляться под ручкой с будущим папой, а не тянуться с пакетом из Пятерочки, а потом лежать в одиночестве и думать, где найти жилье.
Останавливаюсь на первой лавочке и, поставив пакеты, разрываю упаковку с мороженым.
Да… Наконец-то. Делаю один укус и глотаю. Делаю глубокий вдох, чтобы успокоить вкусовые рецепторы. Если сделаю еще хоть один укус, то меня вырвет этой дыней прямо тут. Делаю еще один глубокий вдох, чтобы унять поднимающееся где-то внутри возмущение. Упаковываю его назад и тут же выкидываю в мусорку. Да, с дыней придется расстаться. Мутить начинает даже от воспоминания об этом вкусе.
Но от этого легче не становится. Я все равно до дрожи хочу мороженого.
