Какого черта вообще я влюбилась в такого абъюза? Нет, сейчас это не любовь, — это желание надавать ему по голове и заставить почувствовать вину.
8
Даю себе обещание, что когда-нибудь каждого, из-за кого мне сейчас приходится толкаться в этом автобусе, я заставлю тоже проехать по этому маршруту. Не на такси или с личным водителем, а именно на автобусе. Чтобы стоять на одной ноге и с талончиком в зубах."
"Пусть им будет стыдно, что они заставляли беременную женщину проходить через это испытание. Хочется выть от беспомощности.
Я, Валерия Орлова, наследница черти какого состояния своего отца, сейчас как бомж еду в общественном транспорте, где каждый вынужден тереться друг о друга, не заботясь о личных границах.
Но, оказалось, что это была только прелюдия. Вот в поликлинике действительно начался треш. Умом понимала, что мне надо обойти всех врачей, чтобы быть спокойной за свое здоровье, но второй половиной мозга я понимала, что такая нервотрепка в очередях явно не скажется положительно на нервном состоянии будущей мамы.
Надо было подушку подложить под блузку, тогда, скорее всего, меня бы принимали за настоящую беременную, а не муляж первого триместра. Плоская как игральная карта. Даже намека еще нет на какой-то живот.
Видимо, очереди в поликлинике должны отсеить тех, кто сам может лечиться дома. Хотелось верить, что со мной действительно, как говорили все врачи, все в порядке. Потому что на вопрос “жалобы есть”, я отвечала “нет”. И если любую болезнь можно диагностировать по этой фразе, зачем тогда столько специалистов?!
К психологу была возможность пойти до или после этой больничной экзекуции.
И, все же, я остановилась на варианте после. От очередей психолог бы меня не избавил, зато восстановить нервное равновесие будет ему под силу.
Но когда в светлом, небольшом помещении с приятной музыкой, замечаю за столом молодую девушку, разочаровываюсь. Хорошо, если она уже не студентка, но вряд ли ей знакомы проблемы взрослых.
— Здравствуйте, я подписать обменную карту.
— Да, присаживайтесь. — Указывает мне на кушетку и улыбается.
— Спасибо, я уже насиделась в очередях. — Жду, когда она черкнет пару строк и отпустит уже меня домой.
— Можете прилечь, если насиделись, — отшучивается, щелкая кончиком ручки и пряча стержень внутрь. Откладывает в сторону карту и еще раз приглашает меня присесть.
— Жалоб нет, если вы хотите об этом спросить.
— Нет, я хотела спросить, как ваше настроение.
