Кто еще?
Я закрываю лицо руками, не зная, что делать. Плакать или смеяться.
Мой. Шевелится. Как настоящий. Вернее, самый настоящий. Но до этого были только картинки с УЗИ и слова врача, а теперь я сама чувствую его.
Теплые слезы смачивают ладошки.
— Ну ты плачешь чего? — она приближается и обнимает. — Это же так классно. Давай Мишке звони, пусть порадуется.
— Ночь, Алис, опять волноваться будет.
— Пускай привыкает. По ночам надо же будет вставать.
Я беру телефон и набираю Мишу.
— Включи динамик. — Я слушаю ее и кладу телефон себе на ноги.
— Что случилось, Лер?
Отвечает со второго гудка. Снова его разбудила и заставила нервничать. Надо как-то сказать, чтобы он понял.
— Лера! — Повышает голос.
— Нормально все, ты чего кричишь?
Смеется Алиса. А я как представлю, снова слезы из глаз. Ребенок столько всего испытал и перенес, а теперь шевелится, решив все же обосноваться там и не покидать домик раньше времени.
— Малыш твой шевелится, представляешь? Мы тут сидим и плачем.
— Чего вы плачете? Я сейчас приеду, — выдыхает тяжело.
— Лера чего молчит?
— Я тут, — вытираю нос, — просто неожиданно как-то. Миш, куда ты поедешь? Ночь же. Тебя не пустят. У нас режим.
— Я вижу, какой у вас там режим. Давайте по койкам и не нервируйте детей.
— Есть, сэр, — смеется Алиса. — А ты привыкай по ночам вставать. Это было первое испытание. Ты его прошел. Хоть и бубнел.
— Ты что там, школу молодых отцов открыла?
— Мама всегда горевала, что на мне прервалась наша педагогическая династия.
Шутит в ответ, а у меня поднимается настроение от их диалога.
— Давай, Макаренко в юбке, спать ложись и Леру мне дай.
— Да, папаша, передаю.
Алиса выключает громкую связь и передает мне телефон.
— Привет, правда шевелится?
— Да, представляешь…
Я смотрю, как Алиса ложится и одними губами желает мне “спокойной ночи”. Я киваю в ответ и комната погружается в полутьму.
— Я знал, что скоро должен. Рад за нас. Вы чего не спите так долго?
— Так, разговаривали….
— Поговорили?
— Ага.
— Все нормально?
— Вроде бы.
— Ну и отлично. Тогда отдыхай. Кстати, у нас роспись через пару дней. Так что, ищи свидетельницу.
— Выбор небольшой, учитывая, что я лежу в больнице.
— Не знаю, — усмехается в ответ. — Свидетеля я уже нашел. И помни про обычай.
— Миша, — прикрываю рот рукой, но все равно выскакивает смешок.
— Алис, я что-то нервничаю. А это не свадьба, а всего лишь роспись. Просто формальность.
Я выхожу из душа, а Алиса поддерживает меня, подавая полотенце.
