— Я говорила, что процент забеременеть практически нулевой.
— Нет, не думаю, что ты обманывала, но это удивительно. Ты ведь отпрашивалась в поликлинику, да? Если бы сказала, я бы не говорил отрабатывать и помог бы.
— Поэтому и не говорила, чтобы излишней жалости не было.
— Это не жалость. Это нормальное человеческое отношение.
— Ты как раз и показал свое человеческое отношение.
— Прости, но если не знать, что ты беременная, то ничего такого я не сделал. А ты как раз могла бы поставить меня в известность, что тебе нужны другие условия труда.
К тому же, я думаю, я имею право знать, что у меня будет ребенок.
— С чего ты взял, что это твой ребенок? У моего малыша такая непутевая мама, которая спала с двумя мужчинами и теперь не знает, кто отец…
Мне нельзя нервничать, но сдержать себя, чтобы не ответить, ещё сложнее. Я говорю правду, но знаю, что для него это не будет шоком. Он сам знал, что я встречалась и собиралась выйти за другого.
— Не говори так, Лер, — отвечает спокойно, не откликаясь на мои слова.
— Со мной ты была после него. И с ним у вас ничего не получалось. Мне очевидно, что это мой ребенок.
— Миш, я и с ним была. Ты бы не был так уверен. Только тогда в машине ты явно дал понять, что твоя жизнь — не мое дело, так давай ты в мою не полезешь. Это не твое дело. Я не хочу, чтобы ты был рядом, только потому, что в тебе вдруг проснулись отцовские чувства. Дай мне спокойно родить, а потом даже тест на отцовство не придется делать. И так будет понятно, чей он. Поэтому пока можешь не напрягаться.
Если это будет твой ребенок и ты захочешь его видеть, я не буду мешать. — Я ставлю точку и обхожу его, направляясь к двери, чтобы выпроводить. — Я устала, давай закончим этот разговор, — щелкаю замком и открываю дверь. — Могу я остаться одна?
- Можешь.
Я открываю дверь и смотрю на очередь, что уже скопилась. Ну вот сейчас они уже начали придумывать, что мы тут делали.
— Только мы не закончили этот разговор, — говорит он четко, чтобы все понимали, что мы там делали, но не думаю, что это отмоет мою репутацию. Я закрываюсь и остаюсь одна. Включаю прохладную воду и умываюсь. Только сейчас смотрюсь в помутневшее от времени зеркало с паутинкой ржавчины в углу.
Бледная, волосы не мыты уже пятый день, под глазами круги, а в руках катетеры, я как наркоман и вряд ли такого человека можно хотеть. А принимать душ мне пока нельзя.
