Она сказала это так спокойно, словно давно знала и сейчас просто ждала повода.
— Нет, — прочищаю горло и поднимаю наконец на нее глаза. — С чего вы взяли?
19
— Алиса говорит, что я смотрю слишком много сериалов. Я ведь права?
Почему я должна ей открываться? Чтобы потом узнала Алиса, а следом Миша? И все вышло из-под контроля, а планы пришлось бы менять.
— Нет, — качаю головой из стороны в сторону. — Вы ошибаетесь теть Нин, я просто набрала вес на ваших борщах.
— Ну не хочешь, — она слегка улыбается и соглашается с моим решением молчать, — можешь не рассказывать.
Месяц-другой и там ты уже не отвертишься. Пошли ужинать.
Она разворачивается и выходит из комнаты. Это даже не было вопросом. Это просто был факт. В котором она уже не сомневалась. Откуда только? Ладно, сегодня я живот рассматривала, но ведь и она вела себя так, как будто давно знает или догадывается. А если Алиса тоже вот так догадывается?! Они ведь могли это обсуждать.
Я тихо выхожу из комнаты и иду на кухню. Усаживаюсь за стол напротив нее и вдыхаю аромат горохового супа.
Помню в детстве меня не могли заставить есть супы, а сейчас я люблю все, что готовит тетя Алисы.
Если вдруг она еще не поделилась своими наблюдениями с Алисой, то вполне возможно, скоро это сделает и вдвоем они меня дожмут. Этого я не могла допустить никак. Как бы я не хотела говорить об этом, но сейчас проще признаться одному человеку, чем потом прятаться ото всех.
— Даже то, что ты сейчас молчишь и перевариваешь это все в себе, тебя выдает. Ты другая, когда слышишь про себя ложь.
Ты будешь отстаивать или злиться. Обороняться. Но ты не будешь молчать и прокручивать тысячи мыслей в себе.
Какой смысл уже скрывать, если она и так знает, и похоже, я ее не переубежу. Вот, кто умеет читать людей по жестам.
— Да, я беременна, — опускаю глаза в тарелку, готовясь слушать лекцию.
— Правда? — она даже вскрикивает и начинает хлопать в ладоши, — я стану бабушкой?
Я не могу не улыбнуться ее радости. Человек, о котором я вообще не думала, что он первым узнает, радуется сейчас за меня больше всех.
— Думаю, Алисины дети вам скорее будут внуками.
— Да вы как сестры, значит мне как племянницы обе. А кровное родство — это не главное. Я так понимаю, что никто не знает?
— Нет, никто, — я качаю головой уверенно из стороны в сторону, — и вы тоже будете молчать.
— И что, ты даже Алисе не расскажешь?
— Пока не расскажу.
— Но растущий живот вряд ли можно долго скрывать.
— У меня есть на это причины. Все очень сложно.
