Без чужой помощи даже помыться не могу. — Знаю, звучит как нытьё, но это правда. Если бы не медсестры я бы всё это время даже привести себя в порядок нормально не могла.
— У собачки боли, у кошечки боли, а у Лерочки всё заживи. — Проговорил Марк детскую присказку, поглаживая гипс на руке.
Это заставило меня хихикнуть, а Жмотю возмущенно мякнуть, из-за чего уже засмеялся сам Марк.
— Ладно, отдыхай, а я пока приготовлю нам что-нибудь на обед. Жмотя, на тебе развлечения.
Марк ушел на кухню, а я опять осталась маяться от безделья.
За время в больнице я и так успела отлежать всё тело, сейчас продолжила это делать только в другой кровати. Хорошо хоть пушистая подруга стоически терпит мои наглаживания её великолепного меха. Плюсом было и то, что в больнице медсестра помогла мне надеть пижаму, в которой Марк и привез меня домой, а то бы мужчина еще и переодевал меня. Такого моя ранимая душа могла бы и не пережить.
Внезапно я вспомнила про утерянный безвозвратно телефон. Нужно попросить у Марка телефон и позвонить маме.
Не хотелось бы тянуть проблемы, ссоры и недомолвки в новый год, который уже не за горами. За прошедшее время я многое обдумала, первоначальны эмоции схлынули, и я смогла всё взвесить для себя. Мама-мой единственный родной человек. Марк был прав, мы должны спокойно всё обсудить и только после этого принимать решения. Не думаю, что мама сразу всё поймет и примет мои взгляды, но хотя бы открою ей глаза на правду.
Через некоторое время Марк принёс мне обед прямо в постель.
— Я бы хотела поесть с тобой на кухне.
— Мне не хотелось снова есть одной в постели, так чувство беспомощности становилось еще больше и давило уже морально.
— Подожди, еще не всё, — любимый улыбнулся и снова ушел.
Вернулся опять он уже с небольшим столиком на колесиках, который поставил рядом с кроватью.
— Вдвоём есть вкуснее, а на кухне тебе будет неудобно. Так что я решил, что составлю тебе компанию в спальне.
Забота этого прекрасного мужчины заставила прослезиться. Он понимал меня без слов, словно читал все мои мысли.
После обеда Марк предложил почитать мне книгу, на что я с энтузиазмом согласилась. Какое — никакое разнообразие. К своему стыду, через минут двадцать я уснула, и о чём было это произведение даже под страхом смерти не вспомню, хотя сначала настойчиво боролась со сном. Проснулась я только когда Марк принёс ужин.
— Спасибо. Я хотела попросить у тебя телефон, чтобы позвонить маме. Не хочу затягивать с разговором. Тем более давно ей не звонила.
