– Васильева! – чтобы выхватить из толпы знакомую фигурку, приходится как следует напрячься, потому что из-за небольшого роста, отсутствия каблуков и броского макияжа Алена теряется среди более эффектных сокурсниц. Но сейчас мне нужна именно она.
Растеряв всю внутреннюю браваду, девушка не слишком уверенно прокладывает путь между странным увальнем в широкой черной толстовке и с битой, торчащей из рюкзака, и высокой худощавой брюнеткой, что-то ему втирающей. Васильева останавливается в паре метров от меня, не спешит сокращать дистанцию, буравя глазами дыру в неровном асфальте, и беспокойно теребит лямку ранца и прикрепленный к ней значок с изображением университета, по которому я ее и нашел.
– Алена, ты его знаешь? – внезапно подает голос блондин рядом с нами, и теперь я начинаю изучать его пристальней. И чем больше я смотрю на этого гладкого, безупречно одетого мальчика, тем больше он мне не нравится. Из таких обычно выходят отменные маньяки и психопаты, вроде Анатолия Сливко или Теда Банди.
– Да, Миш, этой мой сосед, – с видом приговоренного к казни вздыхает Кнопка, за что мне снова хочется ее отшлепать, и я следую своему любимому девизу: «Импровизация – наше все».
– И нам ехать пора. Ты дядь Жору с двенадцатого топишь!
Моя ложь срабатывает магическим образом: Аленка не сопротивляется, когда я упаковываю ее в мотоциклетный шлем и опускаю визор, послушно вскарабкивается на ямаху и пристраивает ладони у меня на талии. И бросает мальчика Мишу изумленно открывать-закрывать рот рядом с такой же невыразительной тачкой, как и он сам.
Тепло от пальцев Кнопки просачивается даже сквозь мою футболку, и я забываю сказать ей, что руки лучше держать на баке. Не гоню и не лихачу, потому что я, хоть и тот еще дебил, но несу ответственность за чужую жизнь. А быть раскатанным по тротуару уставшим водителем какой-нибудь фуры вряд ли предел моих мечтаний.
Медленно, если учитывать мою нормальную скорость, проезжаю по главным улицам и испытываю легкую эйфорию от победы в мальчишеском противостоянии.
Пусть, и нечестной. Странно все-таки на меня влияет эта мелкая."
"Небо незаметно наливается свинцовыми тучами, начинает накрапывать теплый бисерный дождь, заставляющий Алену прижаться теснее прижаться к моей спине. И аромат ее духов снова забивается в ноздри и дезориентирует так, что на второй план отходит тот факт, что еще полчаса назад я хотел проучить вредную девчонку.
