– Какого хрена ты не сказал? – шипит на Сашку Олег тихо – тихо, стоит тому опуститься на стул рядом с ним, – Как ты вообще…?
Сашка вместо ответа дергает бровями, стрельнув взглядом в моего отца. Что, наверно, можно перевести как «заткнись». Олег и затыкается, обрывая себя на полуслове и кашляя в кулак. Поворачивается к папе.
– Тигран Рустамович, я теперь наверно пойду? Не нужен больше? – интересуется дрогнувшим голосом. Вытирая испарину со лба. И уже было привстает со стула, но тут же плюхается обратно под тяжелым взглядом отца.
– Сиди пока, Прокопенко.
– Л-ладно…– Олег кивает, бросает на Сашку обвиняющий взгляд и с преувеличенным интересом начинается рассматривать салфетницу в центре стола.
Молчим. Воздух стремительно сгущается так, будто его спрессовали. Переглядываемся.
– Как вы тут оказались? Удивительно…– пищу через пару чугунных по ощущению секунд.
– На самолете прилетели, дочь, – отрезает отец, – Утренним рейсом.
И больше ничего не добавив, кивает на Сашкину руку со свежими сбитыми костяшками, которой он нервно постукивает по краешку стола.
– Драться любишь, Александр?
– Я? – Сашка даже не сразу понимает, о чем он, пока не переводит взгляд на содранную кожу на пальцах, – А, нет…Это вчера просто…В баре там один перепил. Пришлось…выводить.
Встречаются глазами. Не мигают. Мне охота провалиться под стол. Еще и потому, что у Сашки вид такой…заспанный и домашний – очевидно, что он только что встал. Со мной. И я буквально вижу, как это триггерит моего отца.
– Хорошая у вас тут атмосфера, ничего не скажешь, – тянет папа.
– Новый год, – отрезает Лютик, упрямо поджимая губы, – Обычно не так.
Папа на это пренебрежительно фыркает и обводит скептическим взглядом маленький ничем не примечательный холл.
–Тигран…– хмурится мать, кладя ладонь на его руку, но не успевает ничего добавить, потому что у отца в этот момент звонит телефон.
Он выуживает его из кармана пальто, с секунду хмуро смотрит на экран и встает со стула.
– Секунду, – бросает нам всем, отходя к окну, – Да, слушаю…
Невольно выдыхаем.
Переглядываемся уже спокойней и тут же начинаемся шушукаться кто с кем.
– Мам, вы как тут вообще? – склоняюсь к матери поближе.
– Да вот, ты же знаешь отца. Вспылит, потом мучается. Все Новый год места себе не находил. Мы с ним поговорили…Я посмотрела, рейс есть в шесть утра, и вот прямо с застолья такси заказали и поехали. Ты не переживай, мы ненадолго. Можем сегодня ночью улететь, можем завтра. Он вообще извиниться хочет. Ты уж ему помоги.
