Пахнет стройкой: краской, цементом, штукатуркой с теми особыми нотками, присущими только совершенно новым, еще не обжитым домам и квартирам. Ежусь, прохладно здесь…
Сашка заходит за мной, последний – Тимур. Щелкает выключатель и в длинном коридоре с выровненными стенами вспыхивают три простые лампочки, подвешенные на проводах. Когда Тим сказал, что ремонт в самом разгаре, он и не думал шутить. Я перевожу на брата недоуменный взгляд. Как он нашу ночевку здесь себе представляет? На мешках с цементом?
– Не переживайте.
Спальня сделана, я уже ночевал тут пару раз, когда в увал уходил, и ванная тоже полностью готова. В гостиной и на кухне, конечно, бардак, но вам на несколько часов и не надо, да?
– Да, отлично все, спасибо, – хлопает Сашка брата по плечу, озираясь, – Куда идти?
– В самом конце коридора, разуваться там.
– Ок.
Идем за Тимуром. По пути заглядываю в гостиную – там только наполовину оштукатурены стены, сворачиваем в бок и упираемся в черную стильную дверь. Тимур показывает пример, разуваясь здесь и оставляя кроссы на коврике, заходит внутрь, щелкает выключателем.
Комнату заливает темно – красным. С интересом осматриваю Тимуркино логово. Лаконичная, практически спартанская обстановка. Шкаф – купе на всю стену, тяжелые шторы, за ними виднеется дверь на балкон, пара тумбочек и просто огромная двуспальная не заправленная кровать. Простыни на ней колом стоят, будто их взбивали, а на витом черном изголовье сиротливо болтается розовый наручник…
Моргаю, опешив. М-да…
Мой брат, чуть смущенно кашлянув в кулак, быстро подходит к кровати и отщелкивает от железной перекладины меховой след преступления.
– В шкафу есть чистое белье, если что, – невинно хлопает черными шкодными глазами, засовывая наручник в карман куртки.
– Да уж хотелось бы…– ворчу."
"Взгляд упирается в зеркало на потолке прямо над кроватью. Боже…Ну и извращенец! Мама это видела, интересно? Или он специально перед ее приходом его снимает? Ладно, не хочу знать.
– Белье здесь, – Тим отодвигает вторую дверь шкафа, за которой прячется комод, а потом обращается к Сашке, скинувшему на пол наши сумки.
– Сань, пойдем покажу, как дверь закрывается. Всё, систер, пока, – чмокает меня в щеку, крепко и коротко обнимая за шею.
– Все хорошо будет, – ободряюще шепчет на ухо, прежде чем отпустить.
– Люблю тебя, – внезапно тихо всхлипываю, расчувствовавшись, – Спасибо!
– И я тебя. И не за что! – наигранно хмурит брови.
Шлю в ответ воздушный поцелуй.
