Впрочем, за Тима я и не переживала – практически мой ровесник, он был простым и веселым парнем, хоть и отличался заметной придурью, с которой никак не мог справиться наш отец, хоть и прилагал для этого по мне так чересчур много усилий.
Вообще в детстве Тимур был беспроблемным ребенком, физически развитым, упертым до невозможности, но способным держать себя в руках, скорее разумным, чем послушным. Серьезно занимался плаванием, успевал отлично учиться в начальной школе и не доставлял никому особых проблем.
Но все вмиг изменилось, когда ему стукнуло тринадцать. Гормональная перестройка превратила вполне адекватного пацаненка в настоящего маленького демона, отрицающего любые авторитеты, шляющегося непонятно где вместе с компанией гораздо более взрослых и не самых благополучных подростков, и постоянно рассказывающего, что наш мир прогнил и лишь анархия его спасет, на всех родственных собраниях.
Примерно год вся семья прожила в активных попытках образумить вдруг разговаривающее басом чадо, а потом папа сдался и просто перекинул его через забор Суворовского училища.
Первые полгода Тимура оттуда вообще не выпускали, потому что он вечно был за что-нибудь наказан. Мама плакала и говорила, что папа – зверь. Папа рычал, что она была в курсе этого еще до того, как его младший сын заделался тик-токером-анархистом, но было видно, что и он тоже очень переживает. А я всего лишь безумно скучала по брату – ровеснику, проходя свой собственный гораздо более тихий, но от того не менее болезненный пубертатный период.
Но время шло, расставляя все по местам. Тимур стал меняться, стремительно и в лучшую сторону.
Есть люди, которых жесткая система, подобная военной, ломает, а есть, кого наоборот обтесывает, точит, убирая все лишнее и позволяя пустить свою кипучую неуправляемую энергию в нужное русло, по четко заданному пути. Учит структурировать ее. Тимур явно был из вторых.
Он перестал получать выговоры, подтянул учебу, опять всерьез занялся спортом, теперь уже выступая за училище на различных соревнованиях и за это тоже имея дополнительные плюшки. Он приспособился, когда понял, что в лоб ему не победить. И от этого моментально повзрослел.
Да, он до сих пор говорил, что жутко там всех ненавидит, что не мешало ему при этом весь свой корпус называть ""братишками"" и тащить их на каникулах к деду на дачу.
