Ну раз уж у тебя такие родственники, они по-другому не поймут, так? – поднимает на меня ледяной взгляд исподлобья.
Я киваю, кусая дрожащие губы. Окатывает жаркой нервной волной осознания, что он прав. В груди давит и давит все сильнее.
– Ты сам говорил, что на расстоянии это…Не получится ничего…– хриплю, стараясь не всхлипнуть.
– Ну да, что уж теперь пытаться, да? Лиз, тебе вообще не кажется, что ты слишком много врешь?
– Саш, я не специально, просто я…
– Нет, подожди! Мы ехали в такси, ты соврала отцу где ты, потом мне соврала, что у тебя были еще парни, Сеню своего обманывала, получается, целуясь со мной.
Вот брату сейчас наплела. Приедем к твоим родным, так ты им все на уши от души навешаешь, так? И так у тебя легко все. Как дышать. Как тебе верить, Лиз, вообще, а?
От такой постановки вопроса у меня дыхание сбивается. Словно в солнечное сплетение удар. Всхлипываю, не выдерживая, чувствуя, как предательски щекочет в носу, и влага закипает в уголках глаз.
– Саш! Ну прости, я не правда не нарочно.
Я больше не буду… Никогда! Не знаю, я…!!!
Меня обуревает порыв, и я подхожу к Лютику и сажусь прямо на пол около его пуфа, из последних сил пытаясь не расплакаться. Обнимаю его коленку руками, не решаясь взять за руку.
Мне так обидно. Невероятно обидно, что он прав!
Но я…Я не хотела! Это само так выходит. Я просто привыкла наверно постоянно выкручиваться. В мелочах и не очень мелочах.
А что еще делать, когда на тебя постоянно катком давят?!
Ты пытаешься «выжить», приспособиться, да.
Нет, я не оправдываюсь. Я действительно так привыкла это делать, что уже давно не замечаю и не анализирую. И сейчас мне жутко, невероятно стыдно. Потому что я понимаю, что Сашка не такой, как я. И что он меня сейчас осуждает заслуженно. А еще, что он – последний человек, который, я бы хотела, чтобы меня осуждал. Чувствую, что слеза все-таки ползет по щеке, оставляя горячую мокрую дорожку. Опускаю голову. Лишь бы не заметил… Но поздновато.
– Бля, Ли-и-из, – страдальчески тянет Саша, закрывая ладонью глаза, – Ну вот только не это, а!
Наклоняется и пытается сгрести меня с пола и усадить себе на колени, но я не даюсь.
Это я тоже не специально. Не надо меня жалеть!
– Слушай, извини, ты прав! Не надо никуда ехать, я все объясню. Как-нибудь. Извини, это вообще такая глупость была тебя втягивать и…
Замолкаю, потому что Сашка подцепляет пальцем мой подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза.
