Иллюминаторы покрывал морозный узор, на защитный купол, который накрыл пульт управления, падали снежинки, создавая маленький сугроб.
– О! – выдала я.
– И это все, что ты можешь сказать?
– Представляю, как было бы весело, если бы я тоже оказалась термокинетиком.
Несколько секунд Диар молчал и вдруг искренне рассмеялся. Этот смех озарил его лицо, сделал мягче и еще роднее.
– О чем ты сейчас думаешь? – поинтересовался он спустя минуту.
– Как было бы хорошо обладать способностью к остановке времени. Так хочется сохранить этот миг, когда ты… такой…
– Счастливый? – закончил Диар.
– Да.
– А мне хочется сохранить каждый миг с тобой, Алекс.
– Так ты тоже об этом думал?
– По большей части я думал, что если мы останемся во флаере еще минут на десять, то на Ариату не вернемся.
– Почему? – озадачилась я.
– Посадка на межзвездный экспресс заканчивается через двадцать минут.
Я охнула, подскочила, лихорадочно принимаясь приглаживать волосы. Диар собрал грязную посуду в контейнер и выкинул в очистительный блок.
Подождал, пока я приведу себя в порядок, и лишь затем легко и непринужденно убрал лед с иллюминаторов и испарил снег.
Возле флаера толпился народ, летали представители службы безопасности, похоже обеспокоенные замороженным флаером. Диар невозмутимо приподнял брови, и все как-то быстро и моментально, учуяв опасность, скрылись из вида. Даже расспрашивать нас ни о чем не стали.
– Бежим? – предложил он и уверенно взял меня, впечатленную произведенным на сотрудников космопорта эффектом нашего появления, за руку.
– Давай! – весело отозвалась я, чувствуя, как счастье переполняет душу и что я могу взлететь, от одного взгляда Диара обретя крылья.
Мы сорвались с места. Стоянка флаеров осталась позади, со всех сторон на нас косились представители разных планет, а мы мчались, боясь опоздать на рейс. Девушка на стойке регистрации очень странно на нас покосилась, явно в чем-то сомневаясь. Диар, вежливо улыбаясь, чем ввел сотрудницу в ступор, постучал пальцами по ее столу, создавая легкий морозный узор и намекая, что мы очень спешим.
На мгновение мне даже показалось, что тируннатарка сейчас свалится в обморок или, того хуже, вызовет службу безопасности. Но сотрудница космопорта нервно выдохнула и поднесла считыватель к нашим лиарам.
Через десять минут мы наконец оказались в межзвездном экспрессе. Не знаю, как Диар это устроил, но с ним после недолгого разговора согласилась поменяться местами женщина с грудным ребенком, и он оказался в соседнем со мной кресле.
