Кожу обдало жаром, а тело опутала чужая невероятная сила. Это все было настолько неожиданным, что я вдохнула и шумно выдохнула.
На Земле когда-то верили в магию, до сих пор сохранились сказки о волшебниках, ведьмах и драконах. Но когда планета пошла по иному пути развития, эти истории забылись так легко, словно их и не бывало. И вдруг они вспыхнули во мне с новой силой здесь, на далекой планете. Иначе как назвать энергию, бьющую в центре поляны, если не волшебством, в которое никто не верил?
Как странно найти и ощутить его здесь… на далекой планете.
Жрец вскинул руки, жестом обводя, словно обнимая, круг, где мы стояли, и над ним вспыхнул знакомый защитный купол. Вот как он это делает без использования лиара?
Артар прижал Гиату еще крепче. Слов жреца было не разобрать, они напоминали шорох крыльев летучих мышей, но его голос креп, и вскоре почти вибрировал в воздухе. Казалось, менялось само пространство, оставляя гостей за кругом, отсекая их от нас.
Жрец оборвал свой то ли призыв, то ли речь, и по линиям круга и знакам побежал жидкий огонь.
Я вытаращила на него глаза, не в силах скрыть удивление, покосилась на Артара и Гиату. Но они смотрели только друг на друга, забыв обо всем на свете.
Я почувствовала на себе взгляд жреца, словно он что-то от нас с Диаром ждал, и с запозданием осознала, что ни Гиата, ни Артар и никто из их родных или друзей не рассказали, в чем заключается роль свидетелей. Растерялась. Диар тоже не двигался, видимо, и ему никто ничего не сказал."
"– Зачерпните священного огня и принесите его для жениха и невесты.
Вот же… вселенская бездна! Я почему-то снова посмотрела на Диара, выражение лица которого оставалось невозмутимым, но готова поклясться, он подумал о том же, что и я. Но что нам оставалось делать? Только разойтись по разным сторонам круга, наклониться и понадеяться, что останемся живы. Огонь наверняка обладал какими-то особыми свойствами. Но пальцы коснулись именно настоящего живого пламени, зачерпнули его, словно воду, и… Был жар, вспыхнувшие ленты, которые обхватили руку, следом огонь налился ярко-алым цветом, вспыхнул снова и свернулся в ладонях небольшим клубком.
Его-то я и понесла Гиате, бережно опустив в ее руки. Диар отдал свой Артару.
– Соедините ладони, – велел жрец, и наши друзья подчинились, не сводя друг с друга глаз.
Мгновение – и Артар наклонился и нежно-нежно поцеловал Гиату. Огонь вспыхнул в их руках, распался на ленты, побежал по рукам и переполз на одежду, но никакого вреда при этом не причинял.
