Вот увидишь!
Он качает головой и стирает со щеки слезы.
— Я его рядом со спортивной школой подобрал, там гаражи, мы с ребятами часто мимо ходим. А тогда я один был и услышал, как он скулит в проходе между боксами. На шее веревка с петлей, он ее перегрыз, грязный, голодный. Сидит и скулит, никому не нужный… как и я. — Кирилл тяжело вздыхает, грустно усмехается. — У матери новая жизнь, отец — с тобой… А теперь может, и Рекса не станет.
Я теряюсь, не знаю, что на это ответить. Кир забирает мой пустой стаканчик, вкладывает в свой и идет выкидывать.
Садится обратно, откидывается и закрывает глаза. Какой он, оказывается, ранимый мальчик, ни за что бы не подумала.
— Знаешь, у меня есть брат. — Решаю, что хочу стать ближе, не оставлять одного парня с этими мыслями. — Но мы не общаемся, так получилось… Брат есть, но как будто его нет, мне в детстве очень хотелось с ним играть, дружить, но мне не разрешали. Он много болел, пока был маленьким, а потом я ушла жить к деду. Я знаю, что ты чувствуешь, мне знакомо.
Ты живешь с человеком в одном доме, но у него своя параллельная жизнь, без тебя.
Вспоминаю отца. Да, точно, так ведь и было. И мама пыталась нас всех собрать временами. И даже у нее иногда это получалось, но как-то не по-настоящему, как декорации в одну комнату принести и расставить. Но мне кажется, что Егор в самом деле переживает за Кира, просто… он не говорит про отношения, совсем.
— Твой отец трудоголик, и правда, очень занятой человек. Но он помнит о тебе и переживает. Поверь, мне есть с чем сравнить.
А мне… мне всегда хотелось, чтобы у меня с братом были хорошие отношения. Ему тоже сейчас четырнадцать, как и тебе. — Открывает глаза, прищуривается, смотрит недоверчиво. — Тебе очень обидно, что родители развелись, ты в них разочарован. Но так уже случилось, ты тут ни при чем. Это их отношения. А у тебя с каждым из них будут свои. И вот… теперь еще я с вами. Давай, ты мне как брат будешь? И если я могу тебе чем-то помочь, ты просто говори… Ты не один, я буду рядом.
Кирилл качает головой, и вдруг взмахивает рукой, открывается.
— Ну иди сюда, систер!
И я, смеясь, подаю ему на плечо. Он приобнимает, молчим.
— А ты любишь отца? — Вот это вопрос… Забываю, как дышать. Как на него ответить я не знаю, но ответить важно, а врать Киру не хочу. Сама же решилась сделать шаг на сближение. И себе врать не хочу.
— Наверное… Он очень-очень мне помог… Я не знаю, что бы с моей жизнью было, если бы не Егор.
* * *Мы возвращается домой глубокой ночью.
