Эльф волновался? Чувствовал вину за то, что подглядывал за мной в душе? Боялся скандала? Того, что куратор будет недоволен?
Когда дверь открылась и я вошла в спальню, Агент напрягся, но продолжил пялиться в потолок, словно опасаясь посмотреть в мою сторону. Рука, лежащая на кровати, судорожно скомкала ткань одеяла и опять расслабилась. Кончики острых ушей, выглядывающих из светлых волос, трогательно алели.
Внезапно я поймала себя на абсурдном желании до них дотронуться. И тут же в памяти всплыли слова Мелинды: «Он едва не сломал руку медику, когда та коснулась его длинных ушек.
Никогда их не трогай. У эльфов эта ласка считается очень интимной. Почти как сунуть ладонь в чужие штаны. Агенту стерли память, но инстинкты остались. Будь осторожна».
Интересно, если я сейчас попытаюсь погладить эти красные, бархатистые на вид кончики, мне он тоже сломает руку? Ты действительно хочешь проверить, Алайна?
— Агент? — тихо позвала я, вынудив Эль-Охтарона оторвать взгляд от трещин в потолке и все-таки посмотреть на меня.
— Куратор? — Голос эльфа был непривычно хриплым. Даже захотелось протянуть ему стакан воды — предложить промочить горло.
— Никогда больше не открывай дверь в ванную, когда я моюсь.
Серебристые глаза расширились, на щеках проступил бледный румянец.
Подглядывал, значит. Ай-яй-яй!
— Это создает сквозняк. Холодно, — мысленно улыбнувшись, закончила я совсем не так, как ожидал эльф.
Тишина в спальне превратилась в болото, вязкое, липкое, обволакивающее. Развязав халат, я бросила его на спинку стула и шагнула к кровати.
За моим приближением Агент наблюдал как девственница в ожидании первой брачной ночи — с предвкушением и тревогой. Мы уже спали вместе, однако сегодня, именно сегодня атмосфера в комнате неуловимо изменилась. Воздух по-прежнему искрил напряжением, но другим. В происходящем стало меньше неловкости и больше интимности. Собственные движения казались мне чересчур томными, а во взгляде эльфа, смотрящего на меня, плескалась… Жажда?
Нет. Не может быть. Химия, которой пичкали Агента, подавляла любые желания и реакции тела.
Откинув край одеяла, я опустилась на кровать, и матрас прогнулся под моим весом. Наблюдая за мной, Эль-Охтарон тяжело сглотнул. Обычно, когда я забиралась в постель, он прятался в одеяльном коконе и отодвигался от меня как можно дальше, но сегодня даже не шелохнулся, красивый, обнаженный до пояса.
Что это? Очередная попытка дать мне взятку, предложив себя в обмен на мою лояльность? Или?..
Никаких «или».
