И я была рада за них обоих, понимая, как важно иметь семью.
Какое-то время адмирал Рейес молча наблюдал за творившимся за нашими спинами переполохом, потом перевел взгляд на Криса.
– Я верно сейчас понял, ты прямо ночью будешь жениться? – только и уточнил.
– Да. Прилетишь?
И в голосе Криса послышалась непередаваемая надежда, которую он не счел нужным скрывать. Или просто не смог.
– Сколько добираться до вас на флаере? – уточнил адмирал, что-то прикидывая.
– Три часа.
Крис обернулся, нашел взглядом тетушку Руфину, явно желая выяснить, через сколько она все организует.
– Вы как раз успеете к церемонии, адмирал Рейес, – заверила моя родственница, оторвавшись от какого-то длинющего списка на своем лиаре, но явно слышавшая весь разговор, Крис не стал ставить его на закрытую связь.
– Прилечу, – кивнул адмирал Рейес, отключаясь.
И едва он это сделал, как мы с Крисом снова поцеловались, пропадая в этом мгновении.
Глава тридцать шестая
Крис Рейес
– Крис, перестань метаться из угла в угол, – не выдержал Рашхан моего нетерпения.
– Давай помогу прикрепить запонки, а то сам ты их уже четверть часа в руках вертишь, того и гляди испортишь фамильную ценность семьи Харт.
Он стоял, скрестив руки, возле окна, за которым царила ясная ночь с яркими звездами, а вдали едва слышно поскрипывал лес.
Я переместился к остающемуся по-прежнему спокойным, в отличие от меня, брату, отдал золотистые запонки. Они принадлежали еще прапрадеду Миранды, родившемуся на планете Земля и переселившемуся на Ариату пару сотен лет назад.
И тот факт, что родные моей кареглазой решили их отдать мне, говорил о многом. Они действительно приняли меня в свою семью. И судя по тому, как встретили Рашхана, окружив заботой и вниманием, и его заочно тоже.
Я столько раз в своей жизни сталкивался с тем, что одаренных боятся, что такое отношение семьи Миранды, будто и вовсе не ощущают давление ни моей силы, ни силы кареглазой, ни даже способности Рашхана, просто удивительно. Ни один из них за все это время не воспринял нас как угрозу, я даже намека не поймал… Любопытничали, волновались за Миранду, радовались за нас обоих…
Эти мысли тут же сменились и сосредоточились только на моей кареглазой мечте.
Рашхан уже закрепил на рукавах моей рубашки запонки, безуспешно сделав вид, что не замечает, как у меня от нервов слегка подрагивали руки.
– Ты чего так волнуешься? – поинтересовался, не сводя с меня глаз. – Я тебя таким вообще никогда не видел.
