Как же это сложно, оказывается, сходить с ума от желания и любви к женщине и в то же время держаться от нее на расстоянии. Где взять такое невообразимое терпение? Я им и раньше-то не особо отличался. Но одна мысль о возможности потерять Миранду, отрезвляет сильнее некуда.
Кареглазой, действительно, нужно время, чтобы увидеть во мне не того, кто выше ее по званию, а мужчину. И все, что я сейчас могу, медленно и осторожно пробираться в ее сердце, надеясь обрести свое счастье.
Я оторвался от стены, с сожалением покосился в сторону квартиры Миранды.
Вернуться к ней прямо сейчас и провести вдвоем остаток вечера тянуло неимоверно. Только объяснить ей этот мой поступок я точно не смогу, а к моим признаниям девушка явно не готова.
Кареглазая и так на меня сегодня странно смотрела, выдохнула только, когда речь зашла о работе. Мне от этого, правда, легче ни капли не стало. Одно ее предложение рискнуть собой и связаться с преступником, чего стоило моим оголенным нервам! Мало того, что желаю свою кареглазую защитить, так я еще ее, похоже, и ревную.
Полная бездна! И сколько вот я так выдержу?
Сдается, столько, сколько потребуется. Жизнь без Миранды для меня теперь немыслима.
Я направился к лифту, вскоре оказался в своей квартире, но эмоции и не думали стихать. Отправиться на тренировку, чтобы снять напряжение, или выплеснуть не дающие покоя чувства иначе, в мастерской, создавая новую статую?
Поразмыслив, остановился на втором варианте. Давно ведь так не отвлекался, в последнее время занятый то работой, то попытками справиться с силой из-за чувств к кареглазой.
Быстро переодевшись, зашел в мастерскую и выбрал один из подходящих вариантов освещения – яркий лишь в том месте, где собирался творить из камня, в остальном пространстве оставил приглушенный свет. Раздвигать шторы на панорамных окнах не стал. Обычно я любил в моменты работы изредка бросать взгляд на небо и видневшиеся вдали многоэтажки, но сегодня, переполненный чувствами, понимал, что все звезды будут казаться блеклыми.
У Миранды глаза ярче и красивее них.
Я вскинул руку, поднимая одну из каменных глыб, вертя ее перед собой и прислушиваясь к ощущениям. Обычно сам камень подсказывал, что из него может получиться. Мне оставалось лишь, используя свой дар и талант, направлять энергию, менять порой структуру камня, добавлять нужные элементы.
Прошло несколько мгновений в тишине, и я поймал так нужную волну и довольно улыбнулся.
