Пытаюсь сосредоточиться на работе, уйти в нее с головой, но мысли упорно возвращаются к Алле. Как она там? Справляется? Все ли хорошо? Впрочем, если бы что-то случилось, мне бы давно позвонила Яна. Но телефон молчит. А я даже не знаю, чего хочу больше: чтобы что-то случилось или, наоборот, обошлось без происшествий. Эгоистично хочется быть необходимым, но… увы…
Негромкий стук в дверь отвлекает от гнетущих мыслей. Поднимаю голову и вижу Ирму. Сказал же, что может уходить домой. Но все равно осталась.
— Не занят? — тихо спрашивает и проходит в кабинет с подносом в руках.
— Занят, — недовольно отзываюсь, давая понять, что не настроен на беседу.
Ирма все равно ставит на стол чашку чая с лимоном. Я не просил. Но в горле и правда пересохло. Отпиваю несколько жадных глотков и откидываюсь на спинку кресла.
— Все нормально? — вкрадчиво интересуется Ирма.
— Просто замечательно.
В каждом движении и слове чувствую подвох. Все слишком очевидно, но мне совсем не интересно.
— Ты такой напряженный. — Она обходит кресло и проводит ладонями по моим плечам.
— Хочешь, я тебе помогу расслабиться?
Разминает и массирует, а мне неприятны ее касания. Я слишком погряз в другой женщине и не могу сместить ее образ. Мне нужна Алла. Я хочу ее касаний и ласк. А все остальное жалкая попытка заменить суррогатом. Это не про меня.
— Не нужно, — резко уворачиваюсь от рук Ирмы.
Она недовольно поджимает губы и отстраняется.
— Назар, что случилось?
Обходит и присаживается на стол перед мной, откровенно предлагая себя.
Хмыкаю и скольжу равнодушным взглядом по изящным женским формам. Ирма идеальна во всем. И как любовница, и как работник. Очень жалко будет расставаться со второй и самой важной для меня ипостасью. Но если она не поймет с первого раза, не задумываясь уволю.
— Я женился, — говорю четко и спокойно. Поднимаю ладонь и показываю обручальное кольцо, чтобы не оставалось иллюзий.
— Когда? — Глаза Ирмы пораженно распахиваются. — На ком?
— Сегодня, — отвечаю сухо на первый вопрос, а второй предпочитаю проигнорировать.
Моя личная жизнь не должна ее волновать.
— Но зачем?
— Ирма, я не намерен это обсуждать, — жестом пресекаю дальнейшие расспросы.
Раздраженно захлопываю крышку ноутбука и поднимаюсь. Мысленно ищу, в какой момент все осложнилось. С Ирмой у нас были четко оговоренные границы, за которые она никогда не заходила. А сейчас меня не отпускает ощущение, что она считает, будто у нее есть право их нарушать. И меня это злит. Очень.
