Поэтому с двойственными чувствами наблюдала, как в схватке победил Астарт.
Оба поднялись на ноги. Поверженный Зепар с разбитым лицом, уже не таким смазливым, о чем я подумала с невольным злорадством, покачиваясь, стоял перед архидемоном-стражем. Огонь, бушевавший в моей несчастной спаленке, моментально погас, обнажив обуглившиеся останки мебели. Я с тоской созерцала следы эпического сражения.
– Сказал же: не приближайся к ней! – рыкнул Астарт, буравя врага недобрым взглядом, сейчас казавшимся золотисто-огненным.
Я расстроилась, что у него на лице всего лишь губа разбита. Жаль, не приложил посильнее! Слабаком оказался белобрысый.
– С каких пор тебя настолько заботит личная жизнь твоих сотрудников?
Я невольно восхитилась. Даже посрамленный и избитый, Зепар продолжал дерзить тому, кто физически сильнее. Может, конечно, и магически, но тут уже тайна за семью печатями, мне, ведьме-человечке, недоступная.
– Осушать я ее не стану, уже говорил. Так что жизни Ирины ничто не угрожает!
Надо же, по имени назвал вместо привычного презрительного «человечка»!
– А уж с кем она время проводит, тебя касаться не должно! – заявил он, нагло выпятив разбитый подбородок.
– Сексуальное насилие тоже можно считать угрозой, – процедил Астарт."
"Характерно, что оба вели себя так, словно меня здесь нет. И это обижало. Новая «я» нервно кусала губы, раздумывая, что бы такое обидное сказать им обоим. Но следующая реплика Зепара так поразила, что я замерла с открытым ртом.
– Я не стану действовать силой.
– Вот как? А как можно назвать сегодняшние твои действия? – съязвил архидемон-страж.
– Я ставил на нее свою печать защиты.
Теперь не только я смотрела на белобрысого с разинутым ртом.
– Ты что делал? – каким-то полузадушенным голосом спросил Астарт.
– Посчитал, что твоей печати недостаточно, – осклабился Зепар, раздвигая разбитые губы в наглой ухмылке.
Впрочем, раны на обоих заживали быстро, скоро и следа не останется. Это происходило прямо у меня на глазах и вызывало досаду. С большим удовольствием я любовалась бы следами синяков на их лицах снова и снова.
– Зачем тебе это? – вдруг перешел на обманчиво-мягкий тон Астарт.
– Привык сам защищать своих женщин, – ухмыльнулся Зепар.
Мой босс едва не задохнулся от ярости, глаза так сощурились, что превратились в две тонкие огненные щели.
– Твоих женщин?! С каких это пор Ирина – твоя женщина?!
– С недавних, – невозмутимо откликнулся белобрысый, подошел ко мне и привлек к себе, обняв за плечи.
