Никто из соседей выходящих из моей квартиры и входящих в нее иных сущностей не увидит. На них будет временная маскировка. Тоже радует. А то при наличии гвардии бабулек у подъезда такое без внимания не останется. Еще примут за женщину легкого поведения. С сущностями лучше в контакт не вступать. Да не особо и хотелось! Если моей жизни будет что-то угрожать, сработает защита Астарта.
– Если согласна, подписывай.
Демон протянул мне что-то вроде золотого пера. Чернил на нем не наблюдалось, и я некоторое время растерянно оглядывала предмет.
– Проткни им сначала себе палец, – пояснил Астарт, желающий поскорее отправиться по своим делам.
Взгляд у него был полон вселенской усталости. М-да, судя по всему, я на него произвела впечатление полной идиотки. Это почему-то удручало, хоть я и понимала, что логики в этом нет. Я радоваться должна, что не привлекла его внимания. С учетом моей реакции на него все обещания самой себе тут же канули бы в Лету. Глубоко вдохнув и решив, что ничего страшного в контракте нет, я проткнула палец.
Было не очень больно, словно перо еще и ослабляло неприятные ощущения. Я аккуратно вывела внизу контракта подпись и вскрикнула. Надпись вспыхнула огнем, а прокол на пальце тут же затянулся. В этом было нечто жуткое. Чтобы успокоиться, я напомнила себе, что это всего лишь на год. Нарушать контракт я не намерена, выходить из квартиры без особой нужды не собираюсь. Убежища лучше этого даже представить трудно. А потом… Потом я с деньгами, свободная, как птица, отправлюсь на все четыре стороны.
Астарт тепло улыбнулся Марии.
– Ты свободна, Маша.
Она с тоской смотрела на него, в глазах даже слезы засверкали.
– Мне будет вас не хватать, – призналась женщина.
– Удачи, – откликнулся он и больше не смотрел на нее.
Мария поплелась к выходу, и мне вдруг стало нестерпимо жалко ее. Представляю, как ей душу вымотал этот красавчик! Сколько она здесь находилась? Пять лет? Все это время облизываться на него, страдать. И терпеть вежливо-снисходительное обращение.
Я невольно поежилась и с ужасом представила, что и меня ждет то же самое. Потом решительно стиснула зубы. Ну нет! Не дождется! Гормонам с этого дня объявляю самую настоящую войну. Не успела я об этом подумать и призвать маленьких мерзавцев к порядку, как они ликующе взметнули знамена.
Астарт выпрямился во весь свой немаленький рост, и я едва не простонала: «Ой, мамочки!» Фигура у него – закачаешься! Даже деловой костюм не мог скрыть красоты демонского тела.
