Некоторое время царило проливающееся бальзамом на душу молчание, потом Олета осторожно сказала:
— Ты на обед пойдешь?
— Издеваешься?!
— Ну, есть тебе все равно надо… — резонно заметила подруга.
— Повелитель уже убрался отсюда?
— Сразу после твоего ухода он удалился куда‑то с директором и лордом Вайленом. А потом улетел.
— Хоть это радует. Надеюсь, теперь окончательно понял, что я когорту его любовниц не собираюсь пополнять.
Раздался стук в дверь, и я обхватила голову руками.
— Если это ко мне, скажи, что я никого не хочу видеть!
— Ладно.
"
"Послышались шаги Олеты по направлению к двери, потом взволнованный возглас. Я с обреченностью поняла, что на сегодня мои неприятности еще не закончились, и развернулась. В комнату влетел разъяренный Зепар. Олета юркнула за дверь, не желая попадать под горячую руку. Предательница… Я медленно села на постели, хмуро глядя на архидемона.
— А ты что здесь делаешь? — решив, что нападение — лучшая защита, сказала я.
— Вайлен связался со мной, поделился тем, что произошло сегодня утром.
— Вы уже с дроу созваниваетесь? — пошутила я.
— Не смешно! — отрезал Зепар, напрасно пытающийся принять спокойный вид. Запустив пальцы в свои длинные волосы, резко провел по ним, отводя назад. Потом тряхнул золотой гривой и процедил: — Похоже, Абигор всерьез тобой заинтересовался.
— Тут уже считают, что я приворотами увлекаюсь, — изрекла я с горечью. — Слушай, а может, мне наоборот отворотами заняться?
Он посмотрел так, словно я сказала феноменальную глупость, и выругался.
— Какие еще привороты с отворотами? Да и на архидемонов подобное вообще не действует.
— Жаль, — искренне сказала я. — Ну, и чем я могла так привлечь его? Только не надо снова засыпать комплиментами, как вчера.
Зепар вздохнул и сел рядом со мной. Осторожно взял за руку.
— Он страстный охотник, Ира. Чем больше сопротивляется жертва, тем ему интереснее. Думаю, все дело в этом.
— И что предлагаешь делать? Уступить, что ли? — нахмурилась я.
— Только через мой труп! — прорычал Зепар.
Я с облегчением вздохнула.
Не то чтобы я так уж желала смерти архидемона, но его поддержка приятно грела сердце.
— Ну, и что будем делать с «трехглазым»? — подала голос наглая ведьмочка.
— «Трехглазым»? — Зепар вскинул брови.
— Прости, дурацкая шутка, — смутилась я. — Ну, у него просто татуировка с глазом на лбу.
Губы архидемона растянулись в улыбке, потом он расхохотался. Видно было, что напряжение понемногу оставляет его.
— Только ему такого не вздумай сказать.
