Батарея бутылок и следы вчерашней вакханалии исчезли, словно их и не было. Вместо них – блюдо с тостами, маслёнка, икра, сырная тарелка, яйца, большой заварочный чайник, подогреваемый свечой, и кофейник.
– Проходи, Глаша, – Тимур указывает на место рядом с собой. – Какая ты зая в этом наряде.
– Доброе утро, – хмуро приветствует меня Андрей и ложечкой обстукивает яйцо в подставке.
– Доброе утро, – сажусь за стол, и рот наполняется слюной.
– Тебе положить или сама?
– Положить, – улыбаюсь я.
Тимур ставит в подставку яйцо.
Подцепляет гренку, намазывает её маслом и от души кладёт сверху икры.
– Держи. Чай, кофе?
– Кофе. Спасибо.
Андрей молча косится на нас. Интересно, его подружка ещё спит или уже умчалась к нефтяникам? Наверное, ему тоже неловко за вчерашнее. Вопрос вертится на языке, и я не выдерживаю:
– А девушка…
– Девушка уехала, – быстро перебивает меня Тимур.
– Ты разве не знаешь, как зовут коллегу? – усмехается Андрей.
– Глаша новенькая. И она больше не работает, – отвечает за меня Тимур.
Кусок застревает в горле. Где я больше не работаю? В эскорте или в их компании?
– Да ты прямо спаситель невинных душ, – Андрей съедает желток и кладёт в остатки яйца икру.
– Почему бы нет?
– Глаша, извините меня за вчерашнее, – Андрей откладывает ложку. – Иногда хочется оторваться по полной.
– Вы прощены. – Принимаюсь за еду, не зная, куда глаза девать.
Некоторое время тишину нарушает лишь позвякивание приборов.
– Ты решила, чем займёшься, пока меня не будет? – Тимур кладёт мне на тарелку сыр и оливки.
Намазывает ещё тост.
– Прогуляюсь немного.
– Не сбежишь больше? – Тимур заправляет мне прядь волос за ухо.
– На чём? Карета превратилась в тыкву, а крысы разбежались.
Тимур улыбается и достаёт из кармана пиджака тёмно-синюю визитку с серебряным вензелем.
– Тогда набери меня сейчас со своего телефона. А я позвоню, когда закончу.
– Вы катаетесь на лыжах, Глаша? – закуривает Андрей.
– Я жуткая трусиха.
– Это только первый раз страшно. Хотите, мы с Тимуром вас всему научим?
– Всему – это чему? – уточняю на всякий случай.
– Скоростному спуску и размеренному катанию, – уголки губ Андрея подрагивают.
– Слышь, старина! Завязывай, а! – осекает его Тимур.
– Я про лыжи, если что.
Выуживаю из кармана телефон и набираю номер Тимура. Его мобильник отзывается мелодичным перезвоном.
– Готово. – Тимур сохраняет номер.
В молчании заканчиваем завтрак. Бегу в спальню за пакетом.
– А это что? – подавая мне шубу, кивает на него Тимур.
