Лена стала спешно ходить по комнате, собирая на поднос посуду, потом вспомнила, что так и не погасила все свечи и вернулась к елке, оставив на какое-то время поднос с бокалами. Хорошо, что Рихард не видел этих суетливых движений, выдававших так открыто ее волнение. Он стоял спиной к ней у патефона и перебирал пластинки, а потом запустил одну с плавной мелодией какой-то немецкой песни. Замурлыкал женский голос в патефонной записи.
— Ты не возражаешь? — показал Рихард Лене сигарету, когда поймал ее мимолетный взгляд.
Она только пожала плечами резко в ответ и вернулась к уборке. Все что угодно, лишь бы не смотреть на него. Такого по-домашнему расслабленного в распахнутом мундире и расстегнутом вороте рубашки. Совсем не тот собранный и застегнутый на все пуговицы немец, которого она видела недавно в этой комнате.
— Не смогу уснуть сейчас, — так и не закурив почему-то, продолжил говорить Рихард, не обращая внимания на ее явное нежелание поддерживать разговор. — Это как у детей бывает — они перегуливают определенный час, и все, сон как рукой снимает.
Нужно ждать. Вот так и у меня. Хотя я в последнее время частенько мучаюсь бессонницей. Подумаю даже, не перевестись ли мне на ночные вылеты, раз так происходит…
Лене вдруг захотелось, чтобы он ушел. Сейчас же. Куда угодно. Хоть к Мисси. Хотя нет, пусть уходит к себе в комнаты и читает книги, которые принес сегодня в комнаты из библиотеки. Но только пусть уходит! И держится подальше от нее.
Движения становились резче и суетливее из-за нервозности, которая никак не желала уходить.
Один раз Лена даже стукнула бокал о край подноса, когда переставляла его со столика. Пришлось попытаться успокоиться, иначе она точно разобьет хрусталь, а завтра ей влетит от фрау Биргит и от баронессы в придачу.
— Ты сегодня была молодцом, справилась со всем, — похвалил ее Рихард, перескочив на другую тему. — Я боялся, что в одиночку будет сложно, но ты молодец. Позволь, я помогу тебе…
Лена даже не подозревала, как близко он снова стоит к ней, не расслышав за звуками музыки его шаги.
От голоса, прозвучавшего чуть ли не над ее головой, даже мурашки пробежали вдоль позвоночника, настолько она нервничала сейчас. Рихард взялся за один бокалов, чтобы перенести тот на поднос, но Лена успела обхватить ножку и буквально вырвала хрусталь из пальцев немца.
— Не стоит, господин Рихард, фрау Биргит не приветствует такого.
— Здесь нет фрау Биргит, — напомнил он ей мягко, глядя на нее с высоты своего роста.