— Неужто? — переспросил он, и Анна кивнула, обманутая его деланным спокойствием. — Быть может, вы найдете в себе смелость продолжить? Мне стало крайне прелюбопытно, что за толки вы так внимательно слушали, дабы составить суждение о моей скромной персоне.
— Я не слушаю толки, коли не верю в их истинность, — отрезала холодно Анна. — Возразите же мне, коли я не права, но разве может человек с честью так поступать, как вы? Вы берете и бросаете без жалости, губите, соблазняете, а после оставляете… О Боже, если бы вы знали, как я ненавижу себя за то, что позволила вам! Я думала, вы совсем иной… Я так защищала вас перед братом тогда.
А ныне… это все правда! И ваша bru …, - Анна заметила, как он чуть прищурил глаза, когда она произнесла это, и сердце сжалось. Значит, все правда. А она до последнего, до этой самой минуты не верила…! — И Мари. Она тоже погублена и оставлена вами. Кто еще? Я многое узнала ныне на ваш счет. Весьма!
— Неужто? — снова поднялся вверх уголок рта в усмешке, снова это выражение лица так злившее Анну.
— Неужто про всех проведали? Про тех, кто был в Варшавском герцогстве? И про…"
"Анна не дала ему договорить — в два быстрых шага пересекла расстояние, разделяющее их, и ударила со всей силы по левой щеке. Так ударила, что сама едва не ахнула от боли, пронзившей ладонь от этого удара. Но как и тогда, в то лето, когда она бросила ему в спину кольцо с гранатами, Андрей только дернулся от удара, а потом снова взглянул на нее тем же взглядом — вежливо-холодным, чуть любопытствующим, словно ее поведение интриговало его.
Даже легкая тень улыбки скользнула по губам ей на злость. И тогда она ударила его снова — уже левой рукой по правой щеке, точно так же со всей силы, чтобы заболела собственная ладонь. Ударила за всю боль, что испытывала за эти годы, что сейчас колола в груди острой иглой. За то, что он сделал, и за то, что не сделал.
Анна не успела даже ахнуть, когда Андрей почти неуловимыми глазу движениями вдруг схватил ее запястья и резко дернул на себя.
Они всего мгновение смотрели друг другу в глаза, а потом… Анна даже не поняла, как случилось то, что произошло потом. Я хотела его укусить, уговаривала она себя после, лежа в темноте своей спальни и вспоминая то, что случилось в кабинете. Я всего лишь хотела его укусить, причинить боль зубами, когда не могла ударить… Укусить за эту пухлую нижнюю губу… пухлую нижнюю губу…
Она успела забыть за эти годы, как может кругом идти голова от поцелуя.
