Проверим? – громила упер ладони в бока. – Поцелуй меня. Если ты и в этот раз не захочешь больше, обещаю начать рассматривать возможность того, что ты прав.
– Ты придурок. Я не поведусь на такую дешевую уловку, – хотел от него отвернуться, но Белов надавил на больное:
– Уловку? При чем здесь уловка? Если тебе плевать на меня – то реакция будет лишь с моей стороны. Попробуешь и отойдешь. А если нет… Или ты боишься?
Взбесила его наглая ухмылка. Что значит, боюсь? Его? Никогда! Идиот, думает, я потеряю голову от поцелуя? И я не звал его вчера! Не мог звать!
– И ты отстанешь?
– Попробую поверить, – ухмылка не исчезла.
Провокация. И я прекрасно понимаю это. Но… я и сам хочу выяснить то, насколько мне плевать на него. Как я мог его звать? Еще и стонать? Однако, было же до этого… Было… И…
Подошел к нему. Вплотную. Я ничего не боюсь. Тем более, этого придурка. Ничего к нему не чувствую. Да. Задевает его небезразличный, сумасшедший взгляд, с первого дня направленный исключительно на меня. Задевает его напор. Губы… Наверное, меня подтолкнуло к действию то, насколько мгновенно исчезла эта ухмылка с его лица.
Как вдруг Виктор стал серьезным, как жадно всмотрелся в мои глаза, словно боясь… Словно боясь, что я окажусь прав. И ничего не почувствую к нему.
Первым положил свою ладонь к нему на затылок и заставил наклониться к себе. Не успели мои губы коснуться обветрившейся кожи на его губах, как я дал волю своему языку и проник в его рот. При этом не закрывал глаз, смотрел на него в упор, веря. Веря, что ничего не почувствую.
И эта уверенность была очень долгой. Длиной в долю секунды. Пока мой язык не поздоровался с его горячим языком, буквально бросившимся мне навстречу. И в тот же миг вулканическая волна его любви захлестнула сомневающегося меня с головой и заставила утонуть в жаре его желания этой близости. В то же мгновение обе его ладони легли уже на мой затылок и неистово прижали мою голову к своему хозяину. Который, долго не думая, навалился на меня и припечатал спиной к ближайшему дереву.
– Крис… Кристоф… Не говори… Почувствуй… ме-ня…
Белов оторвался от моих губ и, тяжело дыша, уткнулся своим огромным лбом в мой лоб и направил мою руку прямиком на свой торс. Я не отказался. Позволил своей ладони нырнуть под его майку и лечь на один из тех натренированных боков, в которые он так любит грозно упирать свои огромные руки.
– Может быть, – заглядывая мне в глаза, хрипел ненормальный, – ты пока не любишь меня… сейчас. Но тебе далеко не плевать. Кристоф.
