— Просто скажи парням ""кобра"" и они поймут, что теперь старший ТЫ!
— Нет…
— Я сказал, уходи! — рявкнул злобно, резко разворачиваясь на каблуках и быстрым шагом направляясь вперед по коридору.
Куда я шел? Да сам не знал. Просто шагал туда, куда меня тянуло.
Не обращая внимания на грязь, обломки мебели и кучи мусора, я добрался до небольшого отверстия в стене. Пролез в него и стал осторожно пробираться сквозь заросли кустарников.
— Ты шумишь как слон, — послышался позади голос брата, и я выругался сквозь зубы, резко оборачиваясь.
— Какого дьявола ты здесь делаешь?! — зашипел я. — Убирайся отсюда!
— Знаешь, твоя грубость все равно меня не оттолкнет, Алерон. Я пришел и обратно не уйду!
— У тебя сын…
— А еще у меня есть двоюродной и единственный брат, которого я не брошу на растерзание двуликим! Разговор закрыт!
Я знал, что Энекин не отступит. Если этот упертый баран принял решение, то переубедить его попросту невозможно.
— Ты отдал Марика Сивиру? — буркнул я, в душе испытывая огромную благодарность за то, что брат здесь.
— Да. Сын уснул. Сивир унесет его в поместье. Он назовет кодовое слово, парни уйдут за ним.
— Если с тобой что-то случиться…, — взволнованно начал я.
— Алерон, у Марика есть крестный, король Кристен. Так что если мы не выберемся с тобой из этой передряги, то о сыне будет кому позаботиться. Я не могу тебя бросить. Ты же знаешь…
Я ощущал грусть в его голосе и еще больше винил себя за то, что подвергаю риску одного из самых дорогих мне людей.
Вдали послышалось рычание и мы тут же обратили свой взор вперед.
Пришлось немного раздвинуть ветки, чтобы обзор стал более четким. И когда я пригляделся, то не смог поверить своим глазам. Халиса, а это была именно она, пребывая в образе своей кошки, терлась мордочкой о крупного оборотня рыжего цвета, который важно сидел рядом с ней, в окружении десятков ему подобных.
Я смотрел и никак не мог отвести взгляда. Сердце рвалось на куски от увиденной картины. Неужели она лгала мне про свои чувства? Нет! Не лгала! Или… Она так счастлива с виду, словно этот драный кот идеал всех ее мечтаний! Мне хотелось убивать.
Инстинкт самосохранения напрочь отключился. Гнев затуманил разум, и я, пребывая словно в бреду, шагнул вперед…
— Алерон, стой! — прозвучало мне в след, но я уже не мог остановиться, направляясь вперед. К той, которая овладела моим сердцем и растоптала его. Если Халиса предала меня, то и жизнь больше не имеет никакого смысла…
23.
