Больше всего он, конечно, уважал книжки про животных, в особенности про котов, но и Шекспиром не брезговал, поскольку Леня, увлекшись, все сцены произносил в лицах и даже бегал по комнате и размахивал руками.
Еще Леня обиделся, что его назвали Лолиным хахалем, и никем больше. Что эта Ирина себе позволяет? Ведь ей прекрасно известно, кто переиграл их с ее дружком-уголовником, и вот оказывается, что он, Маркиз, никто, а просто Лолкин хахаль.
Леня ожидал, что Лола рассердится и призовет свою бывшую подруженьку к порядку, но та вообще не обратила внимания на Иркины обидные слова.
«Чума на оба ваших дома!» – сердито подумал Леня.
Сам того не сознавая, он выругал девиц цитатой из Шекспира. Точно говорят: с кем поведешься, от того и наберешься!
– Не отвлекайся, – хмуро сказала Лола, – говори по существу.
– Ты помнишь, как мы репетировали? – спросила Ирка.
– Как ненормальные, – подтвердила Лола, – мы обе хотели играть Беатриче, и обе подходили для этой роли.
– А наш мэтр все колебался, кому отдать предпочтение, а потом как-то приглашает меня к себе в кабинет, уже вечером, когда все ушли.
Я, дура, обрадовалась, думала, что он наконец на меня внимание обратил… Хотя, конечно, это не в его принципах – со студентками связываться, да еще и на рабочем, так сказать, месте. Но это я сейчас понимаю. А тогда обалдела от счастья, принарядилась и отправилась к нему. И там Роман Андреевич мне и говорит, что вызвал меня для того, чтобы в приватной беседе, не при всех, значит, сказать, что роль Беатриче он отдает тебе, потому что Оленька, видите ли, – это талант и он хочет, чтобы твоя карьера начиналась как можно успешнее!
– Так и сказал? – подпрыгнула Лола.
– Точно, чего уж тут врать, – подтвердила Ирка. – Ты – талант, а я, конечно, тоже не без способностей, но тебе и в подметки не гожусь!
– Это уж ты загнула! Не мог он так сказать!
– Ну, примерно такой смысл был. И я тогда попросила его об одолжении. Чтобы он никому про это не говорил, а я притворюсь, что ногу растянула и ходить не могу, вот роль тебе и достанется.
Он согласился, ему не хотелось, чтобы во время репетиций мы свары устраивали. Вот и скажи, чем ты его взяла тогда? Как уговорила, чтобы он тебе роль Беатриче отдал?
– Да ничего я не делала! Сама же знаешь, что Святославский со студентками – ни-ни, никаких личных отношений. У него другой принцип, он влюблял в себя всех оптом, а потом лепил из нас все, что хочет. Мы были согласны играть все, что он велит!
– Не верю! – крикнула Ирка и сжала кулаки.
