Айн начал разбирать сумки, выкладывать продукты на тумбу, а Жюль принялся рассказывать о том, что сейчас происходит с бывшей предназначенной. Как только сумки опустели, Айн сел за стол напротив Жюля. Ему была небезразлична девушка, которая должна была стать его судьбой. Он чувствовал ответственность по отношению к ней и желание защитить. Хотя… Айн невольно улыбнулся… в гневе эта девушка настоящая дьяволица и ещё неизвестно, кто нуждается в защите: она или тот, на кого обращён её гнев. Им с Моррисом крепко досталось, когда она решила проучить их за глупую потасовку.
Но улыбка сошла с его лица, когда Жюль перешёл к самой сути. Оказалось, что её жизнь сейчас в опасности. На ней чёрная метка судьбы.
— Спасти её можно только Атайским брачным ритуалом. Только он переписывает судьбы, — закончил Жюль свой рассказ. — Церемония назначена на следующую ночь. Поэтому ты должен будешь пойти со мной.
— Но почему я?
Атайский брачный ритуал можно провести с любым из соплеменников Айна. Единственное условие, которое требует ритуал, — это чтобы хотя бы один из брачующихся обладал Атайской магией.
Айн очень тревожился за свою бывшую предназначенную, но не готов был пожертвовать своей любовью ради спасения её жизни, ведь, наверняка, и без него найдётся много желающих среди его соплеменников, кто с готовностью свяжет с такой красавицей свою судьбу.
— Ты лучший кандидат на эту роль, — возразил Жюль. — Ты жил с мыслью стать с ней единым целым, ты…
— Я изменился, — перебил Айн. — Я полюбил другую."
"— Увы, но это не так.
Ты сам знаешь, что не способен любить. Произошло нечто другое. На ту, кого ты называешь любимой, наложен слепок образа Вивьен, вечная иллюзия. Ты испытал к ней чувства, только потому, что она несла в себе естество предназначенной. Сработала постепенно вызревающая метка, которая должна была вызвать влечение к Вивьен, но за её отсутствием, вызвала некоторые чувства к её двойнику.
— Неправда, — процедил сквозь зубы Айн, в котором закипал гнев.
— Ты сам в этом убедишься, когда увидишь новыми глазами девушку, которую называешь любимой.
Я снял с неё слепок образа Вивьен. Она стала собой. Яна, — позвал Жюль, — зайди, пожалуйста, на кухню.
— Кузя, совесть надо иметь, — сквозь сон возмутилась Яна, отмахиваясь от усатого прохвоста, щекочущего плечо.
Она отвернулась лицом к стене, показывая, что не собирается вставать. Ей хотелось ещё немного поспать, а он зачем-то решил поднять хозяйку ни свет ни заря, когда она уснула только в середине ночи.
