Вот только я заебался любить один. По поведению Майи видно, что ей оно на хрен не упало. Хотя бы судя по сегодняшней выходке.
Зачем она себя так повела, а?
Любящие женщины таких выкрутасов не делают.
И что теперь?
Я останавливаюсь посреди улицы, совершенно потерянный.
Все внутри аж зудит от желания ее увидеть, как-то прояснить ситуацию.
Не, я могу, конечно, гордо ждать ее в номере, чтобы раздать пилюлей, когда придет. Заодно объяснить ей, что от меня бегать не надо, но…
Я уже один раз гордо просидел без нее три года.
На хер такие эксперименты. А то вдруг она только за вещами и придет.
Спешу туда, куда она все равно придет, — в клинику.
Глава 22. Точки над i
Артем
К моему удивлению, медсестра сообщает, что Майя к Полине еще не приходила. Просит вернуться в часы приема, ведь еще слишком рано.
Только тут догадываюсь посмотреть на часы. Еще ведь целых сорок минут до того, как начнут пускать к маленьким пациентам. Я немного потерялся во времени.
Что ж, подожду, я терпеливый.
Почти.
Спускаюсь в кафетерий, чтобы купить кофе."
"Собираюсь занять выжидательную позицию в коридоре, но… Майя здесь.
Она сидит в самом дальнем углу большого зала.
Ввиду того, что еще сравнительно раннее утро, зал пустует. Майя выглядит очень одинокой, сидя с бумажному стаканчику кофе перед ней. Такое ощущение, что она ничего вокруг не видит, смотрит в никуда, при этом выглядит грустнее некуда.
Чем ближе подхожу, тем больше убеждаюсь: сегодня утром горе случилось не у меня одного.
Наша ссора ранила и ее тоже.
У Майи красные глаза, будто успела изрядно порыдать.
Снова.
Из-за меня? Ну е-мое, я ж не хотел! Надо завязывать ругаться, так никаких нервов не хватит.
Все, чего я хочу, — мириться.
Тихонько к ней подхожу, зову ласково:
— Малыш?
Майя вздрагивает, резко поворачивается, впечатывает в меня обиженный взгляд.
Я шумно вздыхаю, присаживаюсь напротив. Говорю тем же ласковым тоном:
— Малыш, я не слал тебя на хер сегодня.
— А я вот услышала другое, — ее голос звенит от обиды.
Женщины, е-мое…
Снова вздыхаю, пытаюсь ей объяснить:
— Ты неправильно меня поняла. Я сказал «если», понимаешь? ЕСЛИ! Не обижайся на ерунду…
— Это все не ерунда, Артем! — она смотрит на меня с осуждением. — Вопрос деторождения можно назвать как угодно, но только не ерундой!
В этом она, бесспорно, права.
Дети — для меня тоже очень важный вопрос. Однако изначально, когда я делал Майе предложение, мы это обговорили вместе с прочим.
