Любишь, значит? – Прошипел я ей в губы.
– Люблю, – вздрогнув, сказала она. – Олег…
– Сильно любишь?
– Безумно, – сказала она честно и откровенно.
– И вытерпишь все, что угодно?
– Да.
Взгляд ее был твердым.
– Сделаешь аборт?
– Да.
– Ляжешь под иглы?
– Да.
– Будешь каждый день подставлять жопу?
– Да.
– Выйдешь за меня замуж?
– Да. Что?..
Глаза Ксюши стали огромными, как в японских мультиках.
Ах ты моя извращенка.
– Что слышала. Но сначала я…"
"Мне уже не терпелось. Все тело жгло и саднило, но дело было не в этом.
– Раздевайся, – скомандовал я.
Она помедлила несколько секунд, и я с наслаждением провел кончиком дубинки по ее бедру, нырнул в расстегнутый ворот куртки и приподнял им ее подбородок, чтобы она посмотрела на меня.
– Я что, тихо сказал? Или неясно?
Ксюша под моим взглядом потянула молнию кофты вниз, открывая свою молочно-белую кожу и аппетитную грудь, в которую сразу захотелось вгрызться зубами. Но это мы еще успеем.
– Все снимай, – скомандовал я.
Ксюша повела плечиками, выскальзывая из кофты.
Я схватил ее и отбросил в сторону. Она сжалась и обняла себя руками за плечи, скрывая грудь.
Я дубинкой отвел ее руки от груди и полюбовался на стоящие соски.
– Штаны, – скомандовал, жалея, что не могу сжать ладонью ноющий член. Очень уж было зрелище соблазнительное, но жестокий садист, который одной рукой дрочит, а другой лупит выглядит глуповато.
Она наклонилась, стягивая резинку спортивных штанов до колен. Белья под ними не было. Не успела, что ли, надеть? Тем лучше.
Стоптала ткань и сама откинула в сторону, оставшись стоять посреди казенной комнаты совершенно голой. Волосы занавешивали лицо, и я не видел, что она чувствует. Но ощущал. Как ощущал ее в тот момент, когда она вошла к нам с Ингой.
В ней был страх и дрожащее возбуждение. Я чувствовал его запах. Ей нравилось.
Я сделал шаг к ней и провел дубинкой по бедрам, словно лаская. Огладил грудь, кончиком надавил на соски. Она была словно продолжением моей руки и безумно возбуждала.
Провел между ног, принуждая Ксюшу расставить их шире и потер промежность.
Дубинка выскользнула оттуда слегка влажная. Что ж, я не ошибся…
– Повернись спиной!
Ксюша послушно развернулась, зябко переступая голыми ступнями по бетонному полу.
На этот раз я играл гораздо меньше. Просто провел дубинкой между ее ягодиц, снова огладил, а потом легко, без замаха, шлепнул по заду.
Ксюша вскрикнула и попыталась отскочить к стене.
– Прижмись к ней грудью, – велел я. – Разведи руки в стороны.
