Повернувшись на каблуках, он кивает напарнику, и они вместе направляются к лестнице, едва не задев по дороге миссис Бекстром. Она провожает их негодующим взглядом и улыбается мне.
– Доброго вечера, миссис Би. – Помахав старушке на прощание, я закрываю дверь.
Откуда эти дуболомы узнали, что Алессия у меня? Они следят за ней? Что она сделала? Нет никакой миграционной службы, ее давно переименовали в Пограничную службу. Я делаю глубокий вздох, чтобы взять себя в руки, и возвращаюсь в темную комнату, ожидая найти в углу дрожащую Алессию.
Ее нет.
И на кухне нет.
Озабоченность вырастает в настоящую панику, пока я бегаю по квартире, выкрикивая дорогое мне имя. Алессии нет ни в спальне, ни в гостиной. Наконец я вбегаю в чуланчик-прачечную. Дверь на пожарную лестницу распахнута. Куртки и ботинок нигде нет.
Алессия сбежала.
Глава 9
Алессия летит вниз по ступенькам пожарной лестницы. Сердце судорожно колотится, адреналин и страх переполняют тело и придают сил. Лестница выходит в проулок. Здесь ее не найдут.
Ворота на улицу в дальнем конце здания, они заперты изнутри. На всякий случай Алессия ныряет между двумя огромными контейнерами, в которые жители этого квартала выбрасывают мусор. Она прижимается к кирпичной стене и втягивает воздух в легкие, стараясь восстановить дыхание.
Как они ее нашли? Как?
Она сразу же узнала голос Данте, и все полузабытые отвратительные воспоминания мгновенно всплыли на поверхность.
Тьма.
Страх.
Холод.
И вонь. Отвратительная вонь.
Слезы вскипают в ее глазах, и она их смахивает.
Она привела их к нему!.. Ей хорошо известна их жестокость, она знает, на что они способны. Алессия громко всхлипывает и зажимает рот кулаком, свернувшись калачиком у самой земли.
«Его могут ударить».
«Нет».
Она должна проверить. Нельзя убежать и оставить его в опасности.
«Думай, Алессия. Думай!»
Только Магда знает, где ее искать.
«Магда!»
Нет. Неужели они нашли Магду и Михала?
«Что они с ними сделали?»
Магда.
Михал.
Мистер… Максим.
Дыхание вырывается из груди короткими прерывистыми всхлипами, ужас сковывает горло.
Она едва не теряет сознание. Живот вдруг перехватывает судорога, к горлу поднимается желчь, и девушка падает на землю, выворачивая из себя остатки завтрака. Обессиленная, но обретшая некоторое самообладание, она поднимается, вытирает рот тыльной стороной ладони и вглядывается в улочку за домами – не видел ли ее кто, не слышал ли. Нет. Никого нет.
«Слава богу».
«Думай, Алессия, думай».
