Потирая щеку, я пытаюсь стереть ненависть к самому себе, а тем временем просыпается Каролина, выныривает из полудремы. Наманикюренный пальчик скользит по моей груди, затем спускается к животу и обводит пупок. Даже не глядя, я чувствую, как на лице Каролины расцветает сонная улыбка, когда тонкие пальчики спускаются ниже и теребят волосы у меня на лобке. Перехватываю ее руку и подношу к губам.
– Каро, для одной ночи прегрешений достаточно. Согласна?
Нежно целуя каждый пальчик, я надеюсь смягчить отказ и умилостивить Каролину.
Я устал и измучился от нескончаемого аккомпанемента угрызений совести, которые не дают мне покоя. Господи, Каролина, мой самый близкий друг… и жена моего брата. Бывшая.
Нет. Не жена. Вдова.
Какое печальное слово, под стать прискорбному событию.
– Ах, Максим, прошу тебя. Подари мне забвение, – шепчет она и нежно целует меня в грудь влажными губами.
Откинув с лица локоны, Каролина призывно и тоскливо смотрит на меня сквозь длинные ресницы.
Я беру ее прелестное лицо в ладони и качаю головой.
– Нам нельзя.
– Молчи. – Она прижимает тонкий пальчик к моим губам, не давая произнести ни слова. – Пожалуйста. Я больше не могу.
С моих губ срывается стон. Такими темпами я отправлюсь прямо в ад.
– Прошу тебя, – умоляет она.
«Черт… вот он – ад, раскрывает объятия».
Я тоже тоскую по брату, мне тоже плохо, очень плохо, а Каролина – та ниточка, что связывает меня с ним. Я накрываю ее губы своими и медленно опускаю ее на постель.
Едва открыв глаза, я щурюсь от яркого света – зимнее солнце заливает комнату.
Каролины рядом нет, замечаю я с облегчением, однако осталась тень сожаления, и на подушке белеет записка:
Поужинаешь сегодня с Папулей и Мамулей?
Пожалуйста, приходи.
Они тоже в трауре.
Лю.
Обнимаю.
Вот же хрень.
Совсем некстати. Закрыв глаза, я радуюсь одиночеству в собственной постели. Хорошо, что мы приехали в Лондон, хотя прошло всего два дня после похорон. Даже несмотря на наши ночные забавы.
«И как нас угораздило так вляпаться?»
«Всего по глоточку, на ночь», – сказала она.
Я взглянул в ее огромные синие глаза, полные печали, и сразу понял, чего она ждет. Точно так же она смотрела на меня в тот вечер, когда мы узнали о несчастном случае с Китом, а потом и о его смерти. Тогда я не смог сказать ей «нет». Мы не раз были на грани, однако той ночью я забыл обо всем и просто трахнул жену моего брата.
А теперь все повторилось, хотя Кита проводили в последний путь лишь два дня назад.
Я хмуро изучаю взглядом потолок.
