Ладони вспотели, и я вытираю их о пальто. Я не нервничал так со времени поступления в Итон. Надо произвести благоприятное впечатление на отца Алессии. Надо убедить его, что я лучший кандидат в мужья для его дочери, чем тот засранец, которого он выбрал.
«И что она хочет в мужья меня».
Я стучу в дверь и жду.
Открывает нам миссис Демачи. Ее взгляд перебегает с Танаса на меня.
– Миссис Демачи? – говорю я.
Она кивает.
– Ваш муж дома?
Она снова кивает. На случай, если нас подслушивают, я притворяюсь, что это наша первая встреча, и повторяю слова, произнесенные несколько часов назад.
– Входите. Вы должны говорить с моим мужем.
Мы снимаем обувь, миссис Демачи берет наши пальто и вешает в коридоре."
"Нас провожают в комнату, находящуюся в глубине дома – просторную, чистую гостиную, отделенную от кухни арочным проемом. Мистер Демачи встает при нашем появлении. За ним на стене зловеще висит ружье, до которого ему легко дотянуться.
Демачи старше жены, его лицо морщинистей, а в волосах больше седины, чем черного.
Он одет в темный костюм, который придает ему вид мафиозного босса. Взгляд непроницаем. Со странным удовлетворением я отмечаю, что он на голову ниже меня.
Миссис Демачи тихо объясняет, кто мы такие, и выражение его лица становится подозрительным.
«Черт. Что она ему говорит?»
– Она сказала, что ты хочешь поговорить с ним о его дочери, – шепчет Танас.
– Понятно.
Натянуто улыбаясь, Демачи пожимает нам руки и жестом приглашает садиться. Миссис Демачи уходит на кухню, а ее муж остро смотрит на нас глазами того же цвета, что и у Алессии.
Переведя взгляд на Танаса, он начинает говорить. У него глубокий голос, который приятно слушать.
– Жена сказала, что вы пришли сюда из-за моей дочери, – переводит Танас.
– Да, мистер Демачи. Алессия работала на меня в Лондоне.
– Лондон? – На миг он выказывает удивление, но тут же принимает бесстрастный вид. – Что именно она делала?
– Убиралась в квартире.
К моему удивлению, он закрывает глаза, словно это известие причиняет ему боль.
Может, это недостойно Алессии? Или он скучает по ней? Не знаю. Глубоко вздохнув, чтобы унять нервозность, я продолжаю:
– Я пришел просить у вас ее руки.
Его глаза удивленно распахиваются, затем он хмурится. Слишком демонстративно, на мой взгляд.
– Она обещана другому.
– Она не хочет выходить за него замуж. Потому и сбежала из дома.
В ответ на мою откровенность его глаза вновь широко распахиваются, а с кухни доносится тихий вздох.
– Это она вам сказала?
– Да.
