Алессию окрыляет надежда: он оставит ее здесь, и она пойдет обратно пешком. Однажды она уже так сделала.
– Выходи! – уже злее повторяет Анатолий.
Он выходит из машины и широко распахивает дверцу. Схватив девушку за руку, вытаскивает ее наружу и ведет к задней части машины. Открывает багажник, в котором нет ничего, кроме небольшого чемодана и сумки Алессии.
– Тебе придется забраться сюда.
– Что?!
– Выбора нет. Ты без паспорта. Залезай.
– Пожалуйста, Анатолий! Я боюсь темноты. Пожалуйста.
Он хмурится.
– Залезай, или я затолкаю тебя туда сам.
– Пожалуйста, нет! Я не люблю темноту!
Однако он быстро заталкивает ее в багажник и захлопывает крышку.
– Нет!
Внутри кромешная тьма. Алессия кричит и брыкается, но тьма наваливается на нее, втекает в легкие и душит, словно тот черный пакет, в котором она в прошлый раз пересекала пролив. Ей нечем дышать.
«Только не темнота! Нет, только не темнота! Я ненавижу темноту!»
Миг спустя дверца багажника открывается, в лицо бьет слепящий свет. Алессия щурится.
– Возьми. – Анатолий протягивает ей фонарик. – Не знаю, насколько хватит батареек. Лучшего ничего нет. Как только мы окажемся в поезде, я сразу открою багажник.
Ошеломленная Алессия берет фонарик и прижимает его к груди. Анатолий подкладывает ей под голову сумку и укрывает своим пальто.
– Вдруг ты замерзнешь? Я не знаю, достигает ли сюда тепло обогревателя. Поспи. И не шуми. – Бросив на нее строгий взгляд, он закрывает багажник.
Машина трогается с места. Вцепившись в фонарик, Алессия прикрывает глаза и пытается успокоить дыхание.
Мысленно она начинает играть Баха – прелюдию № 6 ре минор. В воображении вспыхивают ярко-голубые и бирюзовые пятна, а пальцы отбивают каждую ноту на корпусе фонарика.
Кто-то трясет ее за плечо, и Алессия просыпается. Анатолий. Пар от его дыхания подсвечен одиноким фонарем парковки.
– Почему ты так долго просыпаешься? Я уж думал, ты потеряла сознание, – с облегчением произносит Анатолий.
«С облегчением? Да быть того не может!»
– Мы переночуем здесь, – говорит он.
Алессия моргает, кутаясь в пальто. Холодно, в мыслях сумбур, глаза опухли от слез.
Вздохнув, Алессия садится, и порыв холодного ветра тут же швыряет ей в лицо прядь волос. Она неуклюже выбирается из багажника, не принимая помощи Анатолия – не хочет, чтобы он к ней прикасался. Забрав у Алессии свое пальто, Анатолий надевает его, берет чемодан и вручает девушке ее сумку. Парковка почти пуста – кроме их машины здесь стоят еще две.
