- Антон? – спрашивает папа, но глядит на меня.
- Тигран, - поправляю его и подаю руку.
Он, как мне кажется, недовольно смотрит на нее.
- Антон, что происходит в твоем кабинете? – гремит Никита Евгеньевич. – Анна? Чем ты занимаешься?
- Я? – тонкий голосок. Мы все трое оборачиваемся на нее. – Я дело изучаю, - уже смелее говорит она и громко переворачивает страницу.
Папа хмурится и опять недоверчиво смотрит на меня.
- А вы? Что вам тут надо?
- Пришел с делом ознакомиться, - улыбаюсь я. – Мы могли бы обсудить кое-что?
Аня резко поднимает на меня взгляд.
Папа смотрит сначала на нее, потом на меня.
- Пройдемте, - говорит мне и мы идем к нему в кабинет. – Присаживайтесь, - показывает мне на стул. Сам садится за стол, складывает руки в замок и пристально смотрит на меня.
- Я Тигран Алмазов, - начинаю. – Адвокат. Буду работать по делу…
- Я знаю, кто вы, - перебивает меня папа Ани. – Очень хорошо знаю. Что вам надо от моей дочери?
Ого. А папа-то прямолинеен. Не юлит.
- Вообще я по другому делу пришел, но раз вы считаете нужным…
- Тигран Русланович, - ухмыляется Никита Евгеньевич, - я сам был адвокатом долгие годы и вот это вот словоблудие меня не проймет.
Давайте сразу к делу. И вы, и я занятые люди. Сейчас рабочее время. Вы пришли ознакомиться с делом. Имеете право. По закону. Но какого хера ты, Тигран Русланович, ошиваешься около Ани?
Вот это переход! Теперь я понимаю Анин страх. А он еще и в форме. И выражение его лица прямо кричит о том, что в ближайшее время мне предстоит чаще принимать душ, вспоминая Оренбург.
Но сдаваться я не намерен. Мне нужна Аня. Она взрослая уже. Какого черта?!
- Никита Евгеньевич, - стараюсь говорить спокойно, - Анна была у меня на практике. Нас многое связывает теперь.
Папа приподнимает брови.
- Я хотел бы, чтобы она завершила свою практику у меня. Нельзя бросать дела на полпути. Вы сами, как юрист, это прекрасно понимаете.
Он ухмыляется. Берет ручку и начинает постукивать ей по столу.
- Я навел справки, - смотрит на меня исподлобья. – Аня не станет очередной в твоем списке.
Я не для этого дочерей растил, чтобы какой-то… - замолкает. Пытается подобрать подходящий эпитет? Что ж, жду. – В общем, по-хорошему прошу, уходи, Тигран Русланович. Уходи и больше не появляйся в жизни моей дочери. Если в тебе есть хоть что-то от мужика, подумай о глупой девчонке. Что с ней будет, когда ты наиграешься?
Его слова больно колют прямо в грудь. Я хмурюсь, но молчу."
"- Аня как цветок, - продолжает Никита Евгеньевич.
