Многие, наверное, посчитают это обычной формальностью, но я уверен, с каждым днём, проведённым в стенах нашей альма-матер, вы будете всё отчётливее понимать, насколько важны эти обещания для каждого. – Он на секунду замолчал и, чётко проговаривая слова, громко продолжил: – Поступая в Полицейскую академию, я торжественно присягаю на верность Амальгаме и её жителям! Клянусь уважать и защищать права и свободы человека и гражданина, свято соблюдать законы Амальгамы.
– Клянусь! – грянул дружный ответ студентов.
– Клянусь быть мужественным, честным и бдительным, не щадить своих сил в получении знаний, которые в будущем помогут бороться с преступностью.
– Клянусь!
– Достойно исполнять свой долг студента по отношению к учёбе и возложенным на меня обязанностям по обеспечению законности и правопорядка, хранить государственную и служебную тайны.
– Клянусь! Служу Амальгаме, служу закону!
С каждой клятвой голоса студентов становились твёрже. Тимур чувствовал, как торжественные обещания всё глубже проникают в душу.
Последнее «клянусь» отдалось в самом сердце. Мама… Жаль, она этого не видит. Теперь пути назад точно нет. Он не сможет нарушить данные обязательства, так же как не нарушала Кодекс чести странника Агата. «Ну что, Тим, придётся тебе стать достойным студентом и настоящим профессионалом, чтобы людям, которые за тебя поручились, не пришлось краснеть».
После торжественной части всех распустили, и толпа студентов слилась с гостями. Вокруг слышались смех и поздравления.
Тимур пробрался к сидящему в стороне проводнику.
– Тим, это… было… так… – глаза Кренделя увлажнились. – Жаль, Агата этого не видит.
Тимур кивнул и встал рядом.
– Ты видел Тартаскони? – перевёл он разговор на другую тему, чувствуя, что сейчас сам не удержит слёз. – Не поверишь – вылитый наш директор.
– Детского дома? – Крендель поискал глазами сенатора, но увидел лишь удаляющийся развевающийся чёрный плащ. – Надо же, – покачал он головой. – Такой же высокомерный, как Тартаскони?
– Почти один в один.
– Странно, кажется, что в твоём мире двойников вокруг тебя слишком много.
– Вот и я о том же, – ответил Тимур. – Надо об этом подумать.
– Дерзай, – легко согласился Крендель. – Ты у нас мозг агентства, а я прозаичен до невозможности. Есть хочу, одним словом.
Тимур рассмеялся.
– Домой?
– Через мясную лавку?!
Нажарив полную сковороду колбасы, они решили расположиться в саду, чем несказанно обрадовали Торопыжку.
