Преступник, выбегая из магазина, столкнулся с ней у дверей, но, к сожалению, мадам не помнит, как он выглядел. Вы должны помочь даме составить портрет вора. Прошу, кто первый?
– Как он выглядел? – раздалось сзади.
– Не помню, – голос у старушки оказался неприятно скрипучим.
– Во что был одет? – попытался следующий.
– Не помню.
На все вопросы, которые задавали студенты, звучал лишь один ответ: «Не помню».
– Как я вижу, ваши усилия ни к чему не привели. А вы, Косачевский, что уточнили бы у свидетеля? – неожиданно обратился профессор к Тимуру, который всё занятие шептался с Олавом о предстоящем расследовании.
Поэтому он даже не услышал, что от него требуется, пока Крендель довольно чувствительно не наступил ему на ногу.
– Портрет преступника, допрос, вопрос, – коротко объяснил проводник, сердито сверкая глазами.
Тимур растерянно встал, обвёл взглядом аудиторию в надежде на подсказку – он пропустил всё, что говорилось до этого, но однокурсники молчали.
– Какой у него был рост? – брякнул он не задумываясь.
– То есть мужчина был выше или ниже вас?
Старушка нахмурилась, поправила шляпку, зачем-то открыла и закрыла ридикюль безумного жёлтого цвета, который будто так и просил: «Заметь меня, укради меня». Странный выбор для столь пожилой дамы.
– Выше, точно выше, – радостно воскликнула старушка. – Я стукнулась о его грудь. И куртка на нём была такая тёмная, с большими пуговицами, они больно впились мне в лоб при ударе.
– Очень интересно, – ободряюще улыбнулся профессор Мельник.
– Продолжайте, Косачевский.
– У него кожа была белая, чёрная или просто смуглая?
– Белая, конечно, чернокожего я точно бы не забыла, – возмутилась старушка.
– Петерссон, прошу присоединиться.
– У него была большая чёрная борода или длинные усы? – Олав сразу втянулся в начатую Тимуром игру.
– Нет, ничего такого не было, это я помню прекрасно. Он был идеально выбрит, что очень странно для бандита."
"– Нос большой, с горбинкой? Длинный, короткий, широкий? – продолжил сыпать вопросами Тимур.
– Я бы сказала, картошкой, – после минутного молчания ответила госпожа Славина. – Подождите, стукнулась о пуговицу… – она потёрла лоб, подняла голову, – ноздри такие широкие, и волосы из них торчат… Точно картошкой.
Кто-то прыснул на задних рядах.
– А глаза узкие, стального цвета? – продолжал сияющий Олав.
– Почему узкие? – удивилась Славина. – Нормальные глаза, тёмные, – встрепенулась старушка.
Профессор слушал и довольно улыбался.
