Вчерашний день, как и предыдущие, был зафиксирован подробно. Ванзаров нашел запись о себе с указанием точного времени и комментарием: «С Погорельским новый увалень». Был зафиксирован визит Прибыткова и Мурфи посреди дня. Отмечен вечерний сбор гостей. Сверчков, названный Сверчком, оказывается, прибыл одним из первых. Спешил, чтобы не опоздать на собственную смерть. И новая запись про Увальня, который второй раз за день пришел в гости. Следующая запись была уже о визите пристава. Вильчевский был дружелюбно назван «Дураком в погонах».
Лебедев удостоился имени «Дылда с саквояжем». Последние записи о санитарной карете и уходе пристава. Сведения точные, лучший филер позавидует. Жаль, что бесполезные.
– Настоящая флотская точность, – сказал Ванзаров, отдавая журнал. – Что делали гости до начала сеанса?
Похвала оказалась приятна мадам Рейсторм. Старуха погладила потертую обложку.
– Все у меня как на ладони… Ходили туда-сюда по комнатам, пока шторы не задернули.
– Кто задергивал шторы?
– Как у них заведено: доктор их полоумный… Еще до твоего прихода, юнга…
– С кем до сеанса разговаривал Сверчок? – Ванзаров нарочно назвал Сверчкова кличкой, чтобы сделать приятное даме.
Но вышло наоборот. Она поморщилась:
– Что мне за каким-то мальчишкой следить… Двигались разными курсами… Ты лучше доложи, юнга, что там стряслось?
– Сверчков застрелился, – ответил Ванзаров. Скрывать не имело смысла.
Вошла горничная с подносом и каплями. Мадам броском опустошила рюмку и крякнула. Как пират, осушивший бутылку рома.
Горничная была отправлена вон повелительным жестом.
– И его Иошка доконал, – сказала мадам, не слишком огорчившись и не жалея, что юноша погиб. – Ну ничего, за все заплатит сразу…
– Елизавета Марковна, вы ведете наблюдение за Иртемьевым каждый день… Чем он занимается? Что за исследования проводит?
– Исследования! Тоже сказать – исследования… Девиц фотографирует, негодник! – с вызовом ответила она. – Как его дура жена за порог, так глядь – фотоаппарат наставит и молоденьких щелкает.
Кто ему теперь помешает? Деньги Симушки по ветру пускает, негодяй…
– Ему помогает Вера Ланд?
– Сам, все сам… В полном одиночестве. Думает, никто не знает… От бинокля не спрячешься! – И мадам погрозила в окно цейсовскими стеклами.
Оставался еще один вопрос, который следовало прояснить.
– Господин Хованский часто вас навещает? – спросил Ванзаров.
Мадам Рейсторм усмехнулась. Отчего могли бы побежать мурашки по спине. У менее стойкой натуры.
– Миша? Частенько.
