Тогда будут сделаны необходимые выводы. До этого никому не разрешается покидать столицу… Это и вас касается, господин Прибытков… Переночуйте у доктора Погорельского. Или можете здесь, в участке. Свободная камера найдется…
Пристав многозначительно покивал. А господин редактор только заявил:
– Возмутительно!
– Все свободны, – сообщил Ванзаров. – Прошу всех быть здесь к полудню…
Испытуемые двинулись к выходу.
– Господа, прошу собраться на улице! – послышался голос Калиосто.
Никто не кивнул Ванзарову на прощание, никто не сказал доброго слова.
Даже Нинель.
– Ну как? – спросил он Лебедева.
– Вы хоть талант, но жулик, – ответил Аполлон Григорьевич, сворачивая провода от машинки. – Счастье, что служите в полиции, а не промышляете аферами… Лови вас, такого умного…
– Достаточно убедительно?
– Чушь надо нести с уверенным видом. Тогда верят.
– Благодарю…
– Не за что… У нашего директора Департамента и у вас получается изумительно… Сам чуть в обморок не грохнулся… А бедняга доктор на меня всерьез разобиделся… Придется его «Слезой жандарма» отпаивать… Одна мензурка – и полон сил.
Трудно было представить, что еще утром Лебедев еле держался на ногах. Просто не узнать великого криминалиста.
Незаметной тенью в приемном отделении возник Курочкин. Филер был собран.
– Они пошли все, – кратко доложил он.
– И мадемуазель в траурном платье? – спросил Ванзаров.
– Так точно…
– Выступаем через десять минут…
– Не рановато? – спросил Лебедев. – Только войдут во вкус.
– Лучше раньше, чем потом собирать трупы…
– С вами не поспоришь.
– Лебедев снял со стола походный саквояж. – Лично я в полной готовности…
Курочкин исчез так же незаметно, как появился.
Лебедев подошел поближе, чтобы пристав мучился и не мог подслушать.
– Друг мой, откройте секрет: чем их увлек ваш Калиосто?
– Магия, – ответил Ванзаров, глядя изумительно честными глазами. – И капелька логики… Остается ждать результат.
82
Парадная дверь была на замке. Кто-то проявил излишнюю осторожность. Вырывать с корнем еще один замок Ванзаров не стал.
Его появление должно остаться незамеченным."
"Из нагрудного кармашка пиджака он вытащил металлический предмет с хитро загнутым концом, смахивающий на воровской инструмент. Отмычка и была. Появилась она у Ванзарова по случаю, а пользоваться учили мастера своего дела из уважения и от скуки, в ожидании назначенного судом срока. Обучили недурно. Курочкин не понял, что случилось: вроде бы только Ванзаров пристроился к двери, шевельнул рукой, замок и сдался.
