Мало того, что разрушил труды стольких лет, так еще приказания отдавать вздумал! Не бывать этому.
В приемное отделение сыска Прибытков вошел, как крейсер во вражескую бухту, изготовив орудия к залпу. Между тем противник преспокойно восседал за столом, пристроенным в углу около окна. Он перелистывал розыскной альбом Департамента полиции за прошлый год, который со стороны выглядел книжкой с фотографиями.
– А, вот и вы, – сказал Ванзаров с отменным равнодушием, как будто поджидал редактора. – Паладино отказала в сеансе?
Чаша терпения переполнилась.
Последние сомнения отпали: вот кто виновен в постигшей неудаче. Не сдерживаясь, Прибытков закатил обвинительную речь, в которой излил всю свою горечь. Он обвинял чиновника сыска в том, что тот не сдержал слово и нанес русскому спиритизму удар, от которого еще долго не оправиться. Другой удар все тот же чиновник, оказывается, нанес по журналу «Ребус», репутация которого смята и уничтожена. И еще больше провинился опять же чиновник сыска, что смеет отдавать приказы о сеансах.
Что полиции уж никак не касается, а является свободным изъявлением воли тех, кто любит русский спиритизм и дорожит им. А не режет его на корню. Ну и тому подобное…
Трагическую речь Ванзаров выслушал с полным спокойствием. Когда Виктор Иванович выдохся окончательно, предложил ему воды. Тот отказался и без сил рухнул на стул для посетителей.
– Как вы могли так поступить, Родион Георгиевич? – проговорил он, тяжело дыша.
Ванзаров вложил в альбом бумажный обрывок и закрыл его.
– Ваше предположение ошибочно.
Прибытков держался за грудную клетку, ходившую ходуном.
– За дурака меня держите? Я не понимаю вашей игры: ради собственной надобности напугали мадам Паладино… Вы не понимаете, что натворили своим эгоистичным поступком…
– У меня не было ни желания, ни нужды пугать Евзапию Паладино, – ответил Ванзаров. – Решение она приняла сама.
– Откуда вы можете знать?
– Позавчера мадам Паладино проводила сеанс в частном доме. Она должна была получить ответ на некий важный вопрос.
Что-то напугало ее настолько, что Евзапия прервала сеанс.
История походила на правду. Тем более до Прибыткова доходили слухи, что на том сеансе случилось нечто неприятное.
– Какое отношение это имеет к нам?"
"– Мадам Паладино должна была указать убийцу Серафимы Иртемьевой, – сказал Ванзаров так, будто припечатал. – У нее случилась паника. Сюда следует добавить уверенность мадемуазель Люции, что в вашем кружке поселилось зло.
