Теперь уже изо всех окон поезда выглядывали испуганные дети, перешёптывались и показывали друг другу пальцами на странный свет. Грохот из-за холма нарастал и с каждой секундой становился всё более угрожающим.
...Грр-ах — грр-ах — грр-ах — грр-ах! Грр-ах — грр-ах — грр-ах — грр-ах...
— Что это? — спросила Джил. — Какая-то машина?
— Нет, — ответил Джикс, и в это мгновение источник света перевалил через холм. — Это боевой клич.
Вот теперь все увидели, что это за свет. То было сияние бесчисленных послесветов, спускавшихся по склону холма по направлению к поезду.
Целая армия.
— Bozhe moi! — Чтобы понять суть восклицания Милоса, толмач не требовался.
Волны новых и новых послесветов перекатывались через гребень холма, и постепенно становилось ясно, что внушающий ужас грохот — это голоса многочисленной толпы, сливающиеся в один боевой клич:
...У-уга — у-уга — у-уга-ча-ка! У-уга — у-уга — у-уга-ча-ка!
К такому детишки Мэри подготовлены не были.
Когда несколько месяцев назад Мэри Хайтауэр собирала свою армию для войны против Шоколадного Огра, они хотя бы знали, на кого идут, и на их стороне было преимущество атакующих.
Здесь же было нападение из засады, и поэтому никто не знал, что предпринять. Поднялась паника.
Ребятня выскакивала из поезда, потом заскакивала обратно, потом снова выскакивала... Стоял невообразимый крик, дети плакали и дрались друг с другом, как будто это могло чему-то помочь.
— Прекратите! — орал Милос. — Успокойтесь! — Но его никто не слушал.
...
У-уга — у-уга — у-уга-ча-ка! У-уга — у-уга — у-уга-ча-ка!
Физиономии приближающихся налётчиков были размалёваны светящимися красками: зелёной, жёлтой, красной — которые сияли ещё ярче, чем их послесвечение. У многих в руках было нечто, похожее на оружие.
Милос подбежал к кабине машиниста, откуда выглядывал Спидо. Глаза машиниста были размером с блюдца, и он трясся, как кролик перед удавом.
— Что будем делать? — пролепетал он.
Милос поднялся в кабину, прищурился на дом, стоящий на их пути в четверти мили впереди.
— Пойдём на таран!
— Таран?! Но...
...У-УГА — У-УГА — У-УГА-ЧА-КА! У-УГА — У-УГА — У-УГА-ЧА-КА!
— Я сказал: на таран!
Милос не стал дожидаться Спидо, схватился за рычаг и толкнул его вперёд до упора.
Лязгнули сцепки, взвизгнули колёса, и состав ринулся вперёд, набирая скорость. Передовая линия нападающих была всего ярдах в пятидесяти от железной дороги.
— Ой, что-то мне это не нравится! — заныл Спидо, цепляясь за переборку.
