Из его рта выходит глубокий звук, и что-то невероятное и потрясающее зарождается в глубине живота. Десмонд вонзает в меня палец снова и снова, а его язык настойчивее скользит по моей чувствительной коже.
— Ты хотела позлить меня, когда пришла с ним?
Моя голова кружится от учащенного дыхания, оргазм слишком близок, и я не могу сконцентрироваться на вопросе.
— Крис, — спрашивает он низким рычащим голосом. — Ты пришла с ним из-за меня?
Десмонд вытаскивает из меня палец. Я ощущаю, как каждая мышца натянулась в ожидании наслаждения, и часто киваю.
Сейчас я готова признаться в чем угодно, лишь бы он не останавливался.
— Да, — я хныкаю. — Я пришла к тебе. Я пришла из-за тебя.
— Плохая девочка, — предупреждающе рычит он. — В следующий раз не провоцируй меня, Кристиана.
Его палец оказывается во мне, а его большой палец скользит по клитору. Без единого предупреждения оргазм взрывается во мне, и я до боли прикусываю губу, подавляя громкий стон. Это слишком сложно.
— Да, детка, кончай, — приглушенно говорит Десмонд, продолжая трахать меня пальцем.
Электрические разряды проносятся от центра по всему телу, а пульс в висках отдается бешеным стуком. Я пытаюсь восстановить дыхание, пока вспышки удовольствия постепенно угасают, возвращая меня на землю. Не в силах пошевелится, я лишь наблюдаю, как Десмонд выпрямляется в полный рост.
Он оказывается выше меня на голову, и я смотрю на его лицо снизу. На его губах блестят мои соки… Боже! Десмонд облизывает нижнюю губу, пробуя меня.
Наверное, я должна испытывать некое чувство стыда или неловкости, но меня это заводит.
— Ты такая сладкая, Крис.
Он склоняет голову, и пока мои разум и чувства не успевают прийти в себя, целует. Нежно и… никогда бы не подумала, что могу использовать по отношению к Десмонду это слово… И чутко.
Когда он останавливается, я одергиваю юбку и тянусь за бумажными полотенцами. Но Десмонд перехватывает их и, осторожно раздвинув мои бедра, проводит им между ног и вытирает меня. Мои щеки вспыхивают от его неожиданного проявления заботы.
Я хочу достать из его кармана свои трусики, но Десмонд не дает мне этого сделать.
— Десмонд, отдай их.
Вынув мое белье, он устремляет на меня озорной взгляд и медлит с ответом, будто ведя мысленный спор. Затем улыбается, вызывая у меня ответную улыбку и опускается передо мной.
— Детка, подними ногу, — требует он.
Тонкая ткань касается моей лодыжки, и Десмонд задирает голову, чтобы взглянуть на меня.
