— Они такие милые, — продолжает он, и его глаза сверкают озорством. — Нежно-голубые и с маленьким бантиком. Прости, Жасмин, я не мог устоять.
Кэш прячет мое белье обратно в карман, и за несколько секунд страх внутри меня превращается в лютый гнев. Скрестив руки на груди, которую едва прикрывает полотенце, я хмуро смотрю на Кэша.
Остаться с ним один на один в пустой раздевалке — не самое лучшее решение, но я заставляю себя замереть на месте, а не выскочить с визгом отсюда. Что-то мне подсказывает, что попытка побега равносильна тому, как тушить пожар бензином: Кэш еще извращеннее станет надо мной издеваться.
— Это не смешно, — огрызаюсь я. — Верни мое белье и проваливай!
— О, Жасмин, — он облизывает губы. — Если бы ты знала, как на меня действует подобный тон, ты бы не была такой смелой.
Кэш делает шаг навстречу, заставив меня отступить. Мой взгляд судорожно мечется от его ухмыляющегося лица к панели системы охраны.
— Можешь попробовать, — с вызовом бросает он. — Когда сотрудники заявятся сюда, меня здесь уже не будет.
Зато остаток учебного дня ты проходишь без трусиков.
Кэш приближается и, отпрянув от него, я задеваю скамейку и шлепаюсь на нее задом. От неожиданности я глубоко вздыхаю, но не опускаю руки, до сих пор прижимающие полотенце к груди.
Возвышаясь надо мной, Кэш ставит согнутое колено между моих бедер и перемещает на него вес своего тела. Он наклоняется, и его лицо оказывается над моим. Горло сдавливается, я пытаюсь отползти от него. Но Кэш выставляет руку, упираясь ей в шкафчик, находящийся за моей спиной, и перекрывает мне путь.
— Не хочешь узнать, что я хочу получить в обмен на твои трусики? — спрашивает он, и его дыхание обдает мои губы. — Или ты так и будешь дальше изображать сопротивление?
Я изгибаю шею, чтобы отодвинуться от него. И в тоже время стараюсь не сползти ниже и не оказаться прижатой к его коленке.
— Что ты хочешь? — спрашиваю я, приготовившись к омерзительным ответам.
— Я хочу, чтобы ты избавилась от полотенца, а затем послушно развела для меня бедра, — тихо и хладнокровно требует он.
Что?
Но это Кэш. Я не ожидала от него ничего благоразумного. Ничего хорошего. Ничего правильного.
И вместе с тем я уверена, что ему просто нравится надо мной издеваться. Вероятно, он получает кайф от таких странных болезненных игр. И он не переступит черту. Если бы Кэш на самом деле представлял угрозу, он бы причинил мне вред еще вчера в моей спальне. Но он не воспользовался преимуществом в физический силе.
