Зато ты увидишь другой дом, в котором я жила.
– Когда жила?
– Давно. До… встречи с папой.
– А папа с тобой?
– Папа работает, – быстро соврала Лана. И тут же переспросила: – Ты не испугалась новых охранников?
– Нет. Только я уже взрослая, меня не надо носить на руках.
– Тебя несли на руках?
– Да, до самой машины. Ты скажешь им, что я взрослая?
– Конечно, дорогая. Как только вы приедете. А сейчас дай трубку Фросе. – Услышав голос подруги, позволила себе выдохнуть. – Я не верю, что всё получилось.
– Если бы не получилось, я бы сама начала отбиваться, – бодрым голосом известила её Афродита.
И чуть понизив голос, чтобы не особо привлекать детское внимание, продолжила: – Но это было очень круто. Мы перехватили, схватили, вышли через вип-зону. Лана, я тебе клянусь, никто ничего не понял. Мы даже не показывались в зале ожидания. Каких-то пятнадцать минут, и мы уже мчим из Шереметьево. Через несколько часов будем в Нижнем. Нужно песню про это написать. В рэп-стиле. Как думаешь, мне пойдёт?
– Тебе всё пойдёт, – успокоила её Лана и добавила: – Спасибо.
Ты столько сделала, не испугалась…
– Да чтобы я этого слизняка испугалась? Лана, да я бы его сама!..
– Верю, верю! Приезжайте скорее, я вас жду."
"Настроение поднялось. Лана ходила по комнатам с новыми обоями и побелёнными потолками, зашла в детскую и придирчиво ту оглядела. Стены, потолок, окно. На полу дорогой ковролин, у стены новая детская кроватка, укрытая стёганным розовым покрывалом. А в углу белый плюшевый мишка, почти копия, оставленного Соней в доме Игнатьевых.
Лана очень постаралась обставить комнату как можно более привычно для Сони, во вкусе дочки. Чтобы та, переселившись в новый дом, не впала в панику, ей хватит полного непонимания ситуации и стресса от расставания с отцом. Слава не был отцом из новогодней детской истории, но уделял Соне каждую свободную минуту, в его духе было завалить девочку подарками, оправдывая свою занятость, но не признавать его доброго отношения, Лана не могла. Он принял Соню однажды и безоговорочно, и никогда не позволял себе лишних вопросов или неприятных намёков.
Он вообще не любил говорить о том, что до него у Ланы был муж. И не хотел думать, что кто-то другой может предъявить права на его семью. Слава был жутким собственником, и даже если в душе не считал, что Соня ему родная, он желал считаться её единственным отцом. Формально или нет. Именно поэтому столько сил было положено на сохранение тайны рождения её дочери.
