И ему вовсе не нужно было это повторять! А еще целовать, чтобы рот закрыть! То есть я-то как раз особо не возражала, но водитель в зеркало заднего вида уже косился! Поберегли бы психику новых сограждан: в Китае девушки на людях (если, конечно, верить тем скромным познаниям, которые я успела почерпнуть из Интернета перед вылетом) чем-то напоминают пугливых колибри. Они скромные, тихие и почти незаметные рядом со своими мужчинами. Их нельзя хватать за руки и целовать без предупреждения, да еще на глазах у посторонних!
Короче, пока до вокзала доехали, Алекс окончательно испортил мне репутацию.
Я выскочила из машины красная, как вареная креветка, с такими же выпученными глазами и когтистыми лапками, прижатыми к груди, и заявила, что раз он такой паразит, то пускай теперь тащит мой рюкзак. А в результате на меня его надели почти силой, еще и по заднице хлопнули, для придания ускорения. Так что в поезде мы не разговаривали. И сидели отдельно: я – в обществе пожилой семейной пары из Пекина, Алекс (зараза!) рядом с близняшками из Дандона.
Девчонкам было лет по шестнадцать, и даже невооруженным взглядом было понятно, что от моего заклинателя они в полном восторге. Я скрипела зубами, бросала на троицу гневные взгляды и мысленно обещала Алексу все кары небесные, начиная с кастрации.
В результате мечты о мести так увлекли, что я едва не проехала нашу остановку. Спохватилась, только когда Алекс вдруг образовался перед самым носом.
– Что? – подняла на него ехидный взгляд. – Извиняться пришел?
– Да нет, – пожал плечами гаденыш.
– Уточнить: желает ли девушка остаться в Китае или предпочтет ознакомиться с красотами Северной Кореи?
– Ты о чем вообще? – буркнула, гневно выделяя каждое слово.
Алекс хмыкнул и кивнул в окно:
– Мы в Дандоне. Остановка пятнадцать минут. Выходить собираешься?
Я покосилась на пейзаж, хорошо освещенный фонарями: поезд действительно стоял. Чувствуя себя полной дурой, вскочила, подхватила рюкзак с соседнего места и уже хотела было извиниться перед Алексом (ну, как-нибудь скромненько выразить свою признательность за то, что не дал уехать в Пхеньян), когда заметила в тамбуре знакомые лица и прикусила язык.
Близняшки никуда не делись. Весело хихикая, они поглядывали на парня и явно ждали от него каких-то действий.
– У тебя шнурок развязался, – указал Алекс на мои ботинки и протянул руку. – Давай рюкзак подержу…
– Не надо! – рыкнула, забрасывая сумку на плечо и пулей устремляясь к выходу.
